Цитаты из книги Wolf Hall

Некоторые мужчины взрослеют, только обзаведясь сыновьями.

Это важно, какое имя мы выбираем, каким мы его делаем.

Единственное, что ты действительно можешь сделать — позаботиться о своих детях.

Откуда ни посмотри, все начинается с кровопролития.

Почему все, что вам известно, и все, что вы узнаете, подкрепляет ваши прежние убеждения? Вот в моем случае то, с чем я рос, во что вроде бы верил, мало-помалу рушится — то тут, то там. С каждым месяцем мои представления об этом мире делаются все хлипче; и о мире ином — тоже.

Некоторые говорили, что конец света наступит в 1533-м. У прошлого года тоже нашлись адепты. Так почему не нынешний? Всегда кто нибудь готов объявить, что наступили последние времена, и назначить ближнего Антихристом.

...хочешь, чтобы люди тебя уважали, заставь их ждать.

– Думаете, что способны покупать сердца? – спрашивает Чарльз Брэндон. По тону ясно, что ответ «да» сильно огорчил бы герцога. Сердце такой же орган, как любой другой, его можно взвесить на весах.

Жизнь – золотая цепь, и Господь порой вешает на нее изящную безделушку.

– Вы не представляете, каково это – быть женщиной. Ты думаешь, будто о чем то с мужчиной условилась, а выясняется – ничего подобного. Думаешь, он придет, а он не приходит.

Под одеждой у королевы — холщовая нижняя рубаха францисканской монахини. Всегда старайтесь выяснить, говорит Вулси, что у людей под одеждой. В юности такие слова его бы удивили: тогда он думал, что у людей под одеждой — тело.

Это дни суровой истины от Тиндейла. Святые вам не друзья и не заступники. Их нельзя нанять за свечи и молитвы, как вы нанимаете работников на сенокос. Христова жертва совершилась на Голгофе; она не совершается на мессе. Священники не помогут попасть в рай; для общения с Богом посредники не нужны. Никакие собственные заслуги вас не спасут, только заслуги живого Христа.

Если утром владетель преисподней , проснувшись в своих покоях, предложил бы отправить мертвеца обратно из склепа , из могилы-чудо воскрешения за двадцать тысяч фунтов, - Генриху Тюдору нелегко было бы их наскрести, Норфолк - государственный казначей! Какая разница, кому греметь ключами от пустых сундуков?

Томас Мор первым ставит свою подпись под обвинениями против Вулси. По его требованию добавлено еще одно: кардинал обвиняется в том, что шептал королю в ухо и дышал королю в лицо, а поскольку у кардинала сифилис, стало быть, он имел преступное намерение заразить нашего монарха.

Хеллоуин: оболочка мира гноится и кровоточит. День, когда в чистилище подбивают счета, когда тамошние приказчики и ключники слушают молитвы живых об усопших.

День всех святых. Горе накатывает волнами, грозя опрокинуть и смять. Он не верит, что мертвые возвращаются, и все равно чувствует, как плечо задевают их пальцы, кончики крыльев. С прошлой ночи они почти утратили отдельные формы , слились в сплошную массу, густую, как плоть морских чудищ; их лица блестят нездоровым подводным блеском.

Беда в том, что Генрих знает: закон не вполне на его стороне. Знает, но не хочет знать. Король убедил себя, что никогда не состоял в браке, а значит, может жениться. Скажем так: убедил свою волю, но не совесть. Король- большой знаток канонического права, и если в его познаниях и были какие-то пробелы - они восполнены недавними штудиями. Генриха, как младшего брата, готовили к церковному служению, причем на самых высоких постах.

У него уже сын от дочери Джона Блаунта, а лишние бастарды его величеству ни к чему.

Матери соперничают за влияние , интригуют, чтобы сделать своих детей законными наследниками. Сын, которого Генрих признал, зовется Генри Фицрой.

Королева Екатерина, у которой все сыновья умерли, переносит это стоически; другими словами, она страдает.

Удивительно, насколько интернационален язык стариков, когда те обмениваются рецептами примочек, сочувствуют бедам друг друга, обсуждают блажь и капризы жен.