Кочевая кровь

Закон для всех один: попрошайничество в общественном месте – это административно наказуемое деяние.

– На кой черт тебе любовник, если муж еще не старый?
– У каждой нормальной женщины должен быть любовник. На одном муже замыкаться нельзя. Муж – это добытчик, это квартира, машина, зарплата, а любовник – это отдушина в мир чувств и любви. Хороший муж и любовь – понятия несовместимые.

Кстати, Андрей, а ты еще не женился? Не спеши. Хомут на шею всегда надеть успеешь. Ты не представляешь, что такое семейная жизнь! Я уже год не могу нормального любовника найти. Все какие-то одноразовые типы попадаются.

Комсомольские прорабы перестройки безнравственны по своей сущности. Им по фигу, кому служить: хоть светлой идее, хоть Мамоне. Если наступит капитализм, они уверенно поведут нас в светлое завтра, которое было вчера, и с тем же энтузиазмом, что сейчас вещают о перестройке, они будут воспевать систему Тейлора и капитализм. Лично я надеюсь, что этого никогда не будет.

Не хочу быть пророком, но помяните мое слово: если придут к власти нынешние комсомольские вожаки, они нам таких лекарств пропишут, что не все больные доживут до выздоровления.

– У комсомола, кроме низов, есть актив и есть органы управления – те комсомольцы, которые решили использовать членство в ВЛКСМ как трамплин для продвижения наверх. Честно скажу вам, я бо́льших проституток, чем современные комсомольские вожаки, не встречал.

... это не я рассуждаю, как сорокалетний мужчина, это слишком много развелось мужиков, которые глаголят, как щенки.

– В душе наш Андрюша всегда был фрондером, он, помнится, как-то назвал научный коммунизм «сказковедением».
– Я и сейчас так считаю, – твердо заявил я. – Нельзя изучать на научной основе то, чего нет.

Что такое коммунизм, по большому счету, не знает никто.

... профсоюзы – это не школа коммунизма, а пережиток капиталистического строя.