Спаси себя

Кажется, впервые с тех пор, как мы познакомились, он поверил и в свое счастье.

Кажется, во мне не осталось вообще ничего. Возможно, моя душа умерла вместе с матерью. Иначе как бы я мог причинить Руби такую боль?

И, пока для нас жива хоть искра надежды, я не сдамся. Я никогда не был особо терпеливым человеком, но, когда дело касается Руби, у меня есть целая вечность. Руби того стоит.

– Мне лучше, когда ты со мной. Тогда я просто… счастлив.
– Это не моя работа – делать тебя счастливым, черт возьми! – крикнула я.

Думаю, голос – одна из причин, почему я в него влюбилась – задолго до того, как мы в первый раз увиделись. Я вспомнила наши телефонные разговоры по нескольку часов, вспомнила, как болело мое ухо, а бывало, что я просыпалась – а Грэхем все еще был на трубке.

— Он разозлился, потому что решил – ты стала для меня важнее всего остального. Важнее нашей дружбы.
Джеймс сделал короткую паузу, прежде чем продолжить:
— И в этом он прав.

Между нами все кончено.
Кончено. Кончено. Кончено.
Мне только надо убедить в этом мое сердце. И мое тело.

— Вся моя проклятая жизнь идёт под откос...

— Я больше не могу без тебя. Ты единственный человек, кто меня действительно понимает. Ты мне нужна. И я хочу за нас бороться, потому что я весь твой. Я всегда буду твоим, Руби.

Я больше не хотела испытывать боль из-за Джеймса, ни за Джеймса. Собственно, я вообще больше ничего не хотела чувствовать, когда речь шла о Джеймсе Бофорте.