Роли леди Рейвен. Книга вторая

Всё. Я поняла. Это не я мегера. Это меня окружают совершенно отвратительные, злые и нечуткие люди!

Слова – то же золото. За них можно купить, за них можно продать. Их можно разменять на другие слова. И уж точно не стоит пускать их на ветер…

«Ваша светлость, вам послание от его светлости…»
Я потерла виски, в которых раз за разом прокручивались все новые, и новые, и новые «надо», и развернула еще пахнущий грозой лист.
«Если не вернешься сегодня домой раньше — останешься без десерта. И кухню опечатаю!»
Господи, вот откуда в этом человеке столько немыслимой жестокости?! Почему ему раз за разом надо заставлять любимую жену мучиться и давиться сладким тайком в библиотеке? Или в ванной, в зависимости от того, какой схрон не был обнаружен.

— Как мы его назовем?
— Есть идеи?
— Моя идея была Кэтрин Амелия Джейн Аманда, но ты, изящно выражаясь, ее запорол еще в зародыше!
Кьер прыснул и глухо рассмеялся, уткнувшись в мои раскиданные по подушке волосы, а потом предложил:
— Теодор.

– Ты дал мне самую лучшую жизнь, папа, – ты дал мне право самой ее выбирать. И за это я всегда буду тебе благодарна.

— И куда же мы с вами направляемся?
— Блейк-клуб.
Я машинально обернулась на здание департамента — окна герцогского кабинета выходили на бульвар — и снова посмотрела на навязанного спутника, тот, в свою очередь, высказал изумление:
— У меня есть подозрения, что женщинам вход туда воспрещен.
— Женщинам — да, — кивнула я и, не желая больше терять время, зашагала вверх по улице, незримо ощутив, как господин Стивенсон пристроился рядом и чуть позади. — Криминалистам — нет.

Кьер быстро перехватил инициативу и перекатился по кровати, чтобы устроиться с удобством – подпихнуть подушки под голову и утвердить меня на себе, со вкусом придерживая за талию. За ту талию, которая ниже талии…

– И почему женщина не может работать криминалистом?
– Потому что Господь Бог создал вас для иного, – отрезало начальство.
– При всем почтении, господин Трейт, мужчину Господь Бог создал тоже не для криминалистики… Науки тогда такой еще не было.

– Над пылкими увлеченными девочками, лорд Томас, я не смеюсь, я их поддерживаю.
– А почему же тогда?..
– Потому что мальчиков есть кому поддерживать и без меня. Общество у нас такое.

— Ну вот, посмотри, что ты наделал! – упрекнула маменька Грея. – Она теперь лежит и… и… думает!
— Да, это очень вредно, особенно женщинам, – хмыкнул братец и мне отчаянно захотелось вот прямо сейчас умиленно прижать его к своей сестринской груди и от души поцеловать.

А-а. Ну все понятно. Одно начальство наорало на другое начальство, а самая виноватая во всем этом, конечно, леди Эрилин, скромный криминалист. И как только департамент без такого козла отпущения все годы стоял?

— Ты же не собираешься назло королю меня скомпрометировать?!
— Эрилин, если бы я хотел тебя скомпрометировать, я не стал бы ставить полог, и твоя дорогая маменька притащила бы священника прямо к этой кровати.

— Хотите, я поднапрягусь и даже с вами пофлиртую? Для общественности?
— Упаси Господь вас от таких нагрузок на организм, — открестилась я.
Граф ухмыльнулся, зеленые глаза сверкнули.
— Ну давайте хоть ручку облобызаю. Ну же, Эрилин, дайте этим пираньям повод обсуждать вас не только за скандальную профессию и измученный вид.

— Вы это уже говорили.
— Когда? — удивилась я.
— Два ребенка назад, — хмыкнул Тед, и я поняла, что мне нужна трость. Красивая такая, резная, с тяжелым золотым набалдашником. А что? Еще немного — и возраст будет позволять, и я эту заразу ка-ак тростью…

— Значит, вы предпочли убивать?
— Я предпочел выжить.

И мне очень жаль, правда жаль, что ты не можешь быть счастливой с тем, кого выбрала сама. Мы с тобой разные. Ты сильная девочка, мужественная. Ты справишься и обретешь свое счастье, я уверена.

Я думала это и понимала — зря. Настоящая причина моей затянувшейся злости кроется отнюдь не в запрете на посещение черного рынка. Настоящая причина в сорвавшемся с губ ненужном вопросе и ответе, которого не прозвучало.