Сезон ведьмы

– Ты надеваешь ободки для волос, даже когда ложишься спать, Сабрина. Некоторые из них – под цвет твоей пижамы. Ты похожа на ту милую девочку из сказки, которая пообещала ведьме, что не будет прикасаться ни к чему плохому, и в итоге осталась без рук. Ты носишь свои ободки, как корону, и смотришь из-под них на мир, в котором ничего не понимаешь, но тем не менее постоянно осуждаешь. Я могу представить тебя с Темным повелителем только в одной ситуации – ты сурово выговариваешь ему, что нельзя так плохо себя вести. И какая же из тебя выйдет ведьма?

– Никого я не хочу губить! – заорала я. – И меня зовут Сабрина! Будь добр, называй меня по имени. Люди – это не игрушки и не вещи. И Харви тоже, и я тоже.
– Я знаю, что Харви не вещь, – ответил Эмброуз. – Будь он вещью, ты бы захотела оставить его себе. А ты не собираешься его оставлять. Мне казалось, тебе просто хочется повеселиться в эти последние недели. Знаешь, ты относишься ко всему слишком серьезно.
– А ты относишься ко всему слишком легкомысленно. И у меня не последние недели рядом с Харви. Думаешь, я поиграю с ним, как с игрушкой, а потом выкину на свалку?
Эмброуз еле заметно взмахнул рукой. Стальная крышка мусорной корзины приоткрылась. Окровавленные перчатки и блестящий скальпель взмыли в воздух, подлетели к корзине и нырнули внутрь. Крышка захлопнулась.
– А почему бы и нет? – протянул Эмброуз.
– Потому что у ведьм холодные, переменчивые сердца? – прошептала я.
Мне не хотелось верить в эти слова, но, похоже, Эмброуз говорил правду.
Он пожал плечами:
– На это есть множество причин. Я о тебе забочусь, сестренка. Давно пытался тебе объяснить. Ведьмы с людьми – это добром не кончается. Учи историю ведьм. Анна Болейн вышла замуж за человека, и он отрубил ей голову.

– Почему тетя Зельда сделала так?
Хильда пожимает плечами. Она не помнит, что такого сказала на этот раз, помнит лишь зудящее, мучительное желание избавиться от Зельды. Она огрызнулась, а потом успела только заметить, как сестра, бледная, с перекошенным лицом, наступает на нее, размахивая ножом. Зачем расстраивать Сабрину рассказами об этих ужасных делах? Хильда лишь улыбнулась. Пусть Сабрина воспринимает смерть легко и не раздумывает о последствиях.
– Ты же знаешь, милочка, мне от этого никакого вреда.