За черным золотом к малярийным комарам
Незлобивая брошюра о заселении востока Венесуэлы в результате нефтеразведки. Нарративу предшествует яростное предисловие политически ангажированного исследователя, который почти прямо кроет ненавистных марксистов, искажавших благородную историю освоения новых мест международным капиталом, принесших с собой асфальт, машины, водопровод и некоторые санитарные стандарты. А эти козявки все недовольны, все намекают на то, что все доходы уходили за рубеж, вот крючкотворы-то! В список крючкотворов попал и Мигель Отера Сильва, чей роман я прочитал в прошлом году (правда, другой, не про нефтяные скважины).
А потом старший наставник отключается, и мы остаемся наедине с молодым исследователем, который далеко не так уверен в своих политических выводах. Сначала он пишет (на заметном числе страниц) сведения, которые кажутся просто скопированными из Википедии. Создается ощущение, что национальная историография в Венесуэле не наработала еще заметного багажа, поэтому работа, которая, как утверждается, пионерская, столь проста и безыскусна. Вот тебе на пару страниц история Стандард Ойл, вот тебе история Шелл, вот они пришли в Венесуэлу, в которой правил очередной военный диктатор, вот они получили концессии, основали поселки по американским стандартам, вот куча фотографий с постройками, вот они принесли востоку страны свет, мир и покой, хотя за границами аккуратных поселков нищета, отсутствие всего и вся, но хоть краешек мира люди-то увидели.
Из любопытного то, что развивать добычу нефти в Венесуэле стали после революций в России, когда доступ в бакинской нефти крайне осложнился. Вот как мы на мир влияем, даже на Венесуэлу наша революция оказала прямое и непосредственное действие, запустив нефтяной бум. Было любопытно читать и про проблемы с немецкими подводными лодками во Вторую мировую, они потопили как минимум несколько танкеров с венесуэльской нефтью в Мексиканском заливе.
Автор больше всего места посвящает рассказу о том, как росли поселки работников нефтяных фирм. Сам процесс как-то странно напоминал наши великие стройки 30-х, такое же удивительное сочетание больших начинаний и бытовых передряг. Хотя тут передряги были в основном для местных, экспаты жили по американским стандартам. В чем-то все это до боли напоминало Магнитку в изложении Коткина , даже в таких деталях, как коттеджи для технических специалистов и руководства и бараков для остальных. Номера домов на бараках появились в 1953-м, и то в результате борьбы с опасными насекомыми, для того, чтобы вести учет обработанных домов. О проблемах с отсутствием нумерации в Магнитогорске Коткин, что примечательно, тоже писал. Разве что змей и пальмы можно отнести к венесуэльской специфике.
44 понравилось
