Белое лицо за черной лыжной маской
Я не помню точно, как эта книга попала ко мне. Со средней достоверностью могу предположить, что было это в аспирантские времена, и вроде бы даже один из авторов приезжал в СПб, что-то рассказывал студентам, раздавал эту книгу, а кто-то из жадности взял, а потом понял, что по-испански не осилит и отдал мне, загребущему. Почему бы не поставить ее на полку? Фото смотрел много раз, тексты проглядывал.
Но вот я решил сократить число непрочитанных книг на иностранных язык и принялся инспектировать полки, составляя список. И этот альбом с текстами в список заскочил (авторы считают, что тексты и фото играют равноважные партии в книге). Несколько лет назад я прочитал переводной сборник статей Субкоманданте Маркоса, произведший на меня в принципе благоприятное впечатление. Интересно же, как живут люди где-то далеко, да еще и люди нелинейные, пытавшиеся выйти за рамки.
Фотография Эмилиано Тибо
Но этот альбом – взгляд со стороны, не из сельвы. Тексты Маркоса где-то там, с их цветистой риторикой, образами детей и стариков, с достоинством (в те времена это слово еще не было заезженным клише для революций) и верой в справедливость, несмотря ни на что. А альбом, тексты в нем о другом, о восприятии. Статьи были написаны как по горячим следам, в начале 1994, так и заметно позже, до 2001. Книга вышла в 2002, получила кубинскую книжную премию и забылась. Но почему бы не пробежаться по строчкам, не оживить старые страхи и надежды?
В начале заметно сильное удивление. Регион только-только отошел от постоянных повстанческий войн, неолиберализм только-только сокрушил СССР и надежду на иной мир. И тут какие-то индейцы в лыжных масках и платках захватывают города и чего-то хотят. Прошло столько лет, у нас есть послезнание, что сапатисты окуклились и тихо существуют в своих муниципалитетах, найдя определенный компромисс с федеральной властью. Но в 1994 это не было очевидным, война витала в воздухе, а сапатисты разыгрывали свои спектакли, шокируя противников театральностью и искренностью в разных дозах, заставляя власть ожидать разного, испытывать неуверенность.
Фотография Эмилиано Тибо
Кстати, о муниципалитетах. Повеяло чем-то знакомым, когда на страницах стал попадаться эвфемизм «четыре муниципалитета, в которых заметно присутствие сапатистов». Власти везде одинаковые, всем хочется встроить ненормальное в нормальное, вылитые же «отдельные районы Донецкой и Луганской областей». Необоснованные параллели можно продолжить – в текстах несколько раз встречаются сочувственные нотки к чеченским повстанцам, что во время первой войны, что во время второй. Как же все-таки тяжело судить о других обществах, находясь от них в тысячах километров, ведь при поверхностном анализе и впрямь можно при желании увидеть точки пересечения. А содержание из Лакандонской сельвы не разглядели.
Сапатисты стараются, маневрируют, ждут, когда в Мехико истекут дни правления Институционально-революционной партии. На местах все выливается в стычки, наемные армии латифундистов, не желающих проведения аграрной реформы, в резню ими индейцев в Актеале в 1997, в переговоры и их срыве. А журналисты ездят в сельву, впечатляются, пишут, а потом едут домой. В 2001 году сапатисты дождались нового президента, он их как бы легализовал, жизнь потекла дальше. Остались фото и тревога в текстах. И, может быть, капелька надежды?
45 понравилось
