Гарри Поттер и Кубок огня

Он чувствовал, что они втроем понимают друг друга настолько, что уже не нуждаются в словах. 

Странно, когда чего-то страшишься и отдал бы всё, лишь бы замедлить время , оно, наоборот, мчится, как сумасшедшее.

Во всем и во всех есть две стороны: черная и белая. Важно лишь то, какую сторону выбрал ты. Это определяет все.

Молодым никогда не понять, что чувствуют старики на самом деле. Но старики останутся виноватыми, если забудут, что это значит – быть молодым.

Человек силен ровно настолько, насколько он един со своими близкими. И слаб ровно настолько, насколько разъединен с ними.

Когда тебя ожидает что-то, чего ты ужасно боишься, мечтаешь только об одном – остановить время. Но оно не остановится, ни на секунду – оно будет мчаться только быстрее.

Любопытство – не порок, однако нужно уметь его контролировать.

— Помните Седрика. Если настанет время сделать выбор между легким и правильным, вспомните, что случилось с честным, добрым, смелым мальчиком только потому, что он случайно встал на пути Лорда Волан-де-Морта. Помните Седрика Диггори.

Войдя в хижину, они увидели на столе две чашки размером с ведро.
— Выпил чашечку с Олимпией, — заметил Хагрид, — ушла только что.
— Кто? — полюбопытствовал Рон.
— Мадам Максим, конечно! — ответил Хагрид.
— Значит, вы помирились, да? — спросил Рон.
— Не знаю, о чем это ты — отмахнулся Хагрид, доставая еще чашки из буфета.

— Кто там? — проревел Хагрид, появляясь в дверях. — Гарри!
Он быстро подошел к ним, обнял Гарри гигантской ручищей, взъерошил ему волосы и сказал:
— Рад видеть тебя, дружище. Здорово!