Кто остался под холмом

Старуха, заметив, что Марта взяла тетрадку, сунула любопытный кривой нос и известила, что ДНИВНИК пишется не так.
Тут они с Мартой поспорили. Марта утверждала, что записывает в тетрадке свои ДНИ, а в словарях фигня, фигня, и не надо этим словарем ей в харю тыкать, харя не казенная.

Смиритьcя c неудoбным пoложением легче, еcли убедить cебя, чтo ты cам егo выбрал.

Как же звали художника… Имечко – словно бульдога стошнило.
.....

... <...> ...

........
– Что сегодня будем читать? – спросила Валя.
– Давай того же художника!
– Бидструпа? Подожди, принесу.
Они беззвучно хихикали над карикатурами

" ... красиво скорбеть приятно."

Кто-то написал на асфальте «Лена – дура», потом та же рука над Леной вывела «Оля», над Олей – «Ира», и всю эту пирамиду увенчал с нажимом обведенный в три девчоночьих руки «Максим сам дурак».

"...свернет шею, загремев с крутой лестницы. Господь хранит пьяных лишь для того, чтобы они помучились с бодуна, а на похмельных ему плевать."

Пока ты жмешься к чужому костру, тебе всегда будет холодно.

... девушка лет сорока с постным лицом, в несуразных вязаных бусах, и еще одна девушка, совсем юная, не старше двадцати трех.

Если в голове не живут свои мысли, там будут жить чужие.

Нет крепче и безжалостней врага, чем собственная память.

Вот ведь дурак человек: живёт-живёт, думает, что знает о своей жизни всё, ибо кому же знать о ней, как не ему! А обернётся спустя десять лет: что ты знал? что понимал? Ты был как лист, который носит ветром огт дерева к дереву, а тот думает, что научился летать.

Всё, что нас не убивает до конца, делает нас немножечко мёртвыми. В некоторых ситуациях быть немножечко мёртвым оставляет нам шанс остаться в живых.

…ошибки нельзя исправить, их можно только искупить.

...она смотрела на Илюшина все с той же удивительной полуулыбкой, как будто обещавшей, что все будут счастливы, и каждый обретет свой дом, и что будет сад, и яблоки в саду, и небо над рекой, а под небом все те, кто ушел, потому что жизнь, некоторым образом, никогда не кончается.

Многие думают, будто жилища похожи на своих хозяев: справедливо для квартир, но с домами все иначе. Это хозяева обретают сходство со своими домами, пропитываются их духом, принимают их образ.

Легенда, как и стихи, растет из любого сора.

– Не говорите ерунды! Дети умнеют после пятидесяти.

Самые хорошие истории начинаются с того, что кто-то нарушил запрет. И самые плохие тоже.

Она приехала в Беловодье в марте – худшее время для перемены места и участи. Март – бездомный месяц, голодный и злой. Ему не прибиться ни к весне, ни к зиме, и оттого он не дает обрести пристанища и людям.