Рассуждения. Газибо. Филорнит

а что касается глаз,
то они были очи, и были они ненасытны, скорбели,
посверкивала в них укоризна

не лукавьте, мои треволнения вас совершенно не трогают,
вы, как и прежде, печетесь лишь о своих

то, что должно было сбыться,
уже сбылось и творением завершилось,
и если складывается впечатление, будто
что-то ещё происходит, творится,
то это именно впечатление

все эти ваши некогда обращаются в полное
никогда, потому что за вами является некто
из ниоткуда

ибо каким ещё
ты можешь быть персонажем,
если твоя латиница смотрит мокрицей,
кириллица – сколопендрой,
однако и та, и эта пытается мимикрировать,
причём как раз под пернатое

у всех воспаление польскости, посполитость речи

а как же, сударь,
желаешь скитаться по-человечески,
чтобы заботу и уваженье тебе оказывали, знай языки:
безъязыкому в горнице не постелят

ценить ценю, но, пожалуй, немного недооцениваю

не позже, не дожидаясь потом,
потому что потом, как подмечено прежде,
всечасно случаются отлагательства, заедают
текучка, быт, место имеет сиюминутность,
короче, всё как-то некогда, а когда
рассуждение наконец изложено,
выясняется, что теперь оно ни к чему,
ибо в моде не рассудительность,
почитаемая смешными умниками вроде нас

это не правда, а ложь,
ибо связано всё на свете:
что ни возьми, то и связано