Дары волхвов

Это была платиновая часовая цепочка - простая и благородная, сдержанно заявляющая о своей подлинной ценности самим материалом, а не броской отделкой, как и положено всем по настоящему хорошим вещам.

... Город — жизнерадостный малыш, и ты — красная краска, которую он слизывает со своей игрушки.

Квартира Гопкинса была такая же, как тысячи других. На одном окне стоял фикус, на другом сидел блохастый терьер, изнывая от скуки.

Может быть, волосы на голове и можно пересчитать, но никто, никто не мог бы измерить мою любовь к тебе!

Из всех, кто подносит и принимает дары, истинно мудры лишь подобные им. Везде и всюду. Они и есть волхвы.

Матовый драгоценный металл, казалось, заиграл в лучах ее бурной и искренней радости.

Это была платиновая цепочка для карманных часов, простого и строгого рисунка, пленявшая истинными своими качествами, а не показным блеском, — такими и должны быть все хорошие вещи.

Из всех приносящих и принимающих дары самые мудрые - те, кто берёт с них пример.

Искать смерть в стакане вина – канительное дело.

Три Тысячи скупы на слова. Слово – это дыхание, а его надо беречь для того, чтобы выписывать чеки докторам.

Три Тысячи – это своего рода братство, они обходятся без обычных формальностей при знакомстве. Кашель заменяет им визитную карточку, кровохарканье – рекомендательное письмо.

...бандит выбирает себе сообщников куда осмотрительнее, чем разборчивая девушка – жениха.

Я смазал его гармошкой по губам.
– Не можешь платить – играй, – говорю.
– И играть не могу, – говорит он.
– Тогда учись по-быстрому, – сказал я и дал ему нюхнуть мою пушку.

Дамы одеваться не стали. Им, голубушкам, так не терпелось посмотреть на взаправдашнего, живого железнодорожного бандита, что они, не тратя времени попусту, обмотались простынями и одеялами и, пища и трепыхаясь, поскакали с полок. Слабый пол, он всегда и любопытнее и храбрее.

Тома застрелили, когда он грабил банк в Арканзасе, Айк подорвался на более опасном дельце: его убили на танцульке в Крик-Нейшн.

Из шести правонарушителей на Западе пять – ковбои, потерявшие работу и сбившиеся с панталыку. Шестой – хулиган с Востока, который рядится бандитом и откалывает такие гнусные номера, что марает имя всех остальных. В судьбе первых пятерых виноваты колонисты и проволочные изгороди, в судьбе шестого – дурная натура.

Мисс Марта Мичем содержала маленькую булочную на углу (ту самую, знаете? где три ступеньки вниз и когда открываешь дверь, дребезжит колокольчик).

Как она была божественна! Ей не пристало гнуть спину, она была рождена, чтобы ласкать собой глаз и повелевать!