Всё хреново

И так началось тупое писькамерство или история человечества.

За последние пару десятков лет люди, похоже, стали путать основные права человека с правом не испытывать ни малейшего дискомфорта. Люди хотят свободы самовыражения, но не хотят сталкиваться с взглядами, которые могут их чем-то задеть или обидеть.

Свобода сама по себе требует лишений. Она требует неудовольствия. Потому что чем свободнее становится общество, тем больше каждой отдельной личности придется уважать и принимать взгляды, образ жизни и идеи, противоречащие ее собственным.

Фрейд сказал: «Однажды в ретроспективе годы, проведенные в борьбе, покажутся вам самыми прекрасными».

Наша эмоциональная реакция на проблему не зависит от величины проблемы. Наше сознание просто раздувает (или уменьшает) все наши несчастья в зависимости от того, какой уровень стресса для нас привычен.

Так постоянное желание измениться превращается в своего рода зависимость: каждый цикл «нового меня» заканчивается утратой самоконтроля и ощущением, что пора «менять себя» снова. Каждый цикл – новая доза надежды. Но Классическое убеждение – истинный корень проблемы – по-прежнему не вызывает ни у кого сомнений или подозрений, не говоря уж о мысли наконец от него избавиться, как от сорняка.©

Единственный верный способ убить мечту - воплотить ее в жизнь.

Чтобы пробудить и сохранить в себе надежду, нужны три вещи: контроль, ценности и сообщество.©

Современным миром завладели нигилизм и свойственное ему слепое потворствование своим желаниям. Власть ради власти. Успех ради успеха. Удовольствие ради удовольствия. Нигилизм игнорирует мировоззренческое «зачем?». Он не признает никаких великих истин и целей. Его мотив прост: «Затем, что мне это приятно». И как раз из-за него, как мы увидим дальше, наш мир и кажется таким поганым.©

Эффект синих точек предполагает, что чем старательнее мы ищем угрозу, тем больше у нас шансов ее увидеть – даже если на самом деле вокруг тишь да гладь. И сейчас ровным счетом это и происходит в мире.

Любой человек, получив власть и большую свободу действий, неизбежно начнет использовать эту власть в своих интересах. Каждый из нас закрывает глаза на собственные недостатки, но не может пройти мимо чужих.

Это парадокс прогресса: чем лучше становится жизнь, тем больше тревоги и отчаяния мы ощущаем{9}.

противоположность счастью – это безнадежность, бесконечный серый горизонт смирения и безразличия

Нет, истинный героизм – это способность вселить в людей надежду, даже когда надеяться не на что. Чиркнуть спичкой и осветить бездну. Указать путь к лучшему миру – не к тому лучшему миру, в котором мы хотели бы оказаться, а к тому, в котором мы могли бы оказаться, но не знали как. Взять абсолютно чудовищную ситуацию и как-то ее улучшить.

А без надежды мы все окончательно слетаем с катушек и начинаем нюхать соль для ванн.

Благодаря Фрейду Бернейс понял нечто такое, чего раньше в этой индустрии никто не понимал: если сыграть на людской неуверенности в себе, они купят у вас любую фигню. Мужчинам рекламируют пикапы как символ мощи и надежности. Женщинам рекламируют косметику как средство добиться любви и интереса к себе. Пиво рекламируют как способ поднять настроение и оказаться в центре внимания на вечеринке.

Как не говорил Эйнштейн: «Не шутите бухие с факелами — всё веселье запорете».

Единственно истинная форма свободы, единственно этичная форма свободы – это свобода через самоограничение. Это не право выбирать в этой жизни все, что захочешь, а право выбирать то, от чего ты откажешься.

Человеческому сознанию так трудно принять свободу. Разнообразие не делает нас более свободными – оно сковывает нас переживаниями по поводу того, правильный ли выбор мы сделали, то ли решение приняли.