Центр тяжести

Если какой-то интеллект нас и уничтожит, то скорее низкий, чем искусственный.

Убей дракона — и проблемы исчезнут. — Это логика сказки, и она никогда мне не нравилась. На самом деле если убить дракона, люди вряд ли сильно обрадуются, наоборот: они еще очень долго будут носить цветы на его драконью могилу и, сидя в рваных трениках на кухне, будут повторять: «вот при драконе порядок был, а сейчас что? Безобразие!»

люди, идущие строем, всегда идут не туда. Чаще всего строем не «идут», а уходят — от здравого смысла.

- Ты похож на кота в сапогах.

- Да, но я в тапочках.

И в их любовном треугольнике - он, она и её амбиции - он оказался третьим лишним.

Взрослые – вообще странный народ: они приручили электричество, победили чуму и покорили космос, но так и не научились понимать собственных детей.

Тетя была гораздо успешней мамы, и потому при встрече мама старалась подчеркнуть свое единственное преимущество перед сестрой - свою внешность, свою красоту.

Детство — это метаморфозы; каждый ребенок — немного Овидий; он пишет собственную историю перевоплощений. Это взрослые «ищут себя» (что бы это ни значило), но дети — другие, они ищут новые формы себя. Оно всегда так: мне бы вершить судьбы мира, а тут — домашка по алгебре. Сложно достать луну, если ты даже пакет молока с верхней полки холодильника не можешь достать без табуретки.