Смерть короля будь то в результате судебного процесса, решения отдельного представительного органа без какого-либо разбирательства или же самосуда всегда вызывает вопросы. Опять же если говорить о Франции, то полноценного акта реабилитации не состоялось. Было осуждение решения Национального конвента от реставрированных Бурбонов, но всё же не полноценная отмена акта осуждения, а тут нужно в плане легитимности решение законодательного органа власти с большим уровнем представительства от населения. Не знаю особенностей французского взгляда в современной повестке, но с учётом активного празднования 14 июля 1789 гола, позиционирования его как главного национального праздника и отсутствия отмены данного акта осуждения, исторический консенсус по данному вопросу у них более или менее сформировался.
Имеется описание процесса Людовика XVI в переводе в том числе на русский язык. Помимо описания самого процесса от подготовки процесса, обвинительного заключения, допросов бывшего Короля, защитительной речи, прений, голосования, казни имеется посвящение в сам революционный контекст. Так как этот сборник переиздание ещё советского сборника, естественно здесь классовый подход, но кому не нравится или кто с ним знаком, могут пропустить. Больше интересны протокольные выступления непосредственных участников.
Сложно оценивать сам процесс, но отметил для себя некоторые моменты. Органом, ведшим процесс над бывшим королём был Национальный Конвент, сформированный в целях выработки новой Конституции и ведения процесса над бывшим королём. Теперь хочется взглянуть подробнее под лупой на правовые основания функционирования Конвента в рамках Конституции 1791 года. В конце Конституции длинная схема пересмотра Конституции, включающая процедуру формирования этого нового органа по пересмотру, напоминающая особо жёсткий порядок пересмотра российской Конституции 1993 года. В любом случае правило о том, что рассмотрение не должно осуществляться Законодательным корпусом в рамках самой Конституции выполнено, Национальный конвент уже новый орган.
Помимо уголовной составляющей процесса очевидны элементы конституционного материального и процессуального права. С этой точки зрения оценивалась легитимность, компетентность вышеупомянутого Национального Конвента. С точки зрения легитимности (т.е. уровень выражения интересов народа) он должен быть выше римских комиссий судей, специальных комиссий в Спарте по мнению самих инициаторов суда в подобном органе. В принципе подобная концепция участия высшего законодательного органа в отрешении от власти Высшего должностного лица применяется и сейчас в рамках процедур импичмента в рамках Конституций разных стран, пусть и судебный процесс в дальнейшем ведётся в рамках других государственных органов. Можно сказать, что процесс Людовика — первые обкатки импичмента.
Бросилось в глаза, что ни в защитительной речи, ни в прениях не было отсылок на титулы, статьи Конституции 1791 года, а только отдельные цитаты из текста. В защитительной речи больше отсылок на общие принципы римского права и некоторые особо важные принципы самой Конституции. Очень много было отсылок в обвинительской среде на естественное право (права по рождению жизнь свобода) применительно к народу, которые нарушались бывшим королём, хотя так или иначе всё равно старались основную мотивировку выстраивать на основе позитивного права ( выраженного в Конституции и иных правовых актах). Такая "юридическая графомания" очень уж напоминает Констуционный Суд либерально-буржуазной Российской Федерации, где упомянут самых разных естественных прав, вставят пару-тройку крылатых латинских юридических выражений, разобьют мотивировку на пару-тройку страниц текста.
Суть процесса бывшего Короля сводилась к тому, что он фактическими действиями попытками сбежать, государственной изменой с вооружённым восстанием и тайными переговорами с иностранными державами отрёкся от престола. Процедура "импичмента" сводилось к факту признания отдельных действий, после которых Король признавался отрекшимся в силу Закона, после чего терял Неприкосновенность, хотя и относительно действий после отречения. Основные претензии защиты сводились к тому, что Людовик Капет после отрешения в силу Закона не совершал таких действий и даже если они совершались, то меры ответственности должны быть предусмотрены Конституцией. Конституция умалчивает о применении конкретных наказаний, поэтому, логично применение иных законов. К законодательству того периода есть вопросы. В то время применялось римское право, корпус ордонансов (статутное право языком англичан или писанные законы по-нашему) и обычное право (кутюмы или обычаи). Ссылки на ордонанс с мерой ответственности не было. Были апелляции и к международному праву в части госизмены и сотрудничества с зарубежными государствами, хотя и конкретного акта не упомянуто. Но видимо это подход того времени.
Были упомянуты квитанции, цивильные листы, переписка Людовика, ключ от шкафа с перепиской, подтверждающие его вину. Защита настаивала на нарушении процедуры изъятия документов, хотя и отказов в удовлетворении ходатайств о дополнительных исследованиях отельных документах, опросах свидетелей в защитительной речи не увидел. При этом на стадии допроса бывшего Короля после Обвинительного заключения ему задавались соответствующие вопросы с целью исследования материалов дела. Жалко, что во время процесса эта стадия была выпущена, то ли не предполагалась в те времена, то ли нет в материалах. В либерально-буржуазной России это обычно очень скучная стадия с точки зрения зрителя, но очень важная с сточки зрения участников процесса, где могут вызвать упомянутых в документах лиц, а то и следователя, а потом начинаются страсти в зависимости от косяков авторов документов и умений защиты. Часто в таких косяках российский суд отъезжает на нарушениях процессуального права не повлекших серьёзных последствий.
Рассмотрение дела после обвинительного заключения и до начала согласования вынесения приговора было достаточно короткое по современным меркам, хотя в XVIII веке возможно это и не так быстро (2 недели), особенно в контексте простых карманников. В любом случае решение было коллективное, поимённое. Я считаю данный процесс и результаты вполне логичными, хотя и не удивлюсь если кто-то найдёт серьёзные нарушения здесь как с точки зрения конституционного права и процесса, вспоминая Витрука с его особыми мнениями, когда их ещё публиковали, так и с точки зрения уголовного права и процесса. Опять же в своей жизни в уголовном процессе участвовал исключительно с позиции обвинения. С Конституционным судебным процессом в реальной практике дел не имел, хотя именно конституционное право и процесс является моей основной специализацией в рамках обучения.
В итоге могу сказать, что автор помимо исторической справки и контекста все вопросы правовой оценки оставила на усмотрение читателя. В любом случае на истину не претендую, поэтому книга явно направлено на формирование собственного мнения. Опять же возможно поменяю своё мнение при изучении материалов матёрых юристов-конституционалистов и "уголовников".
63 понравилось
