Королевство пепла. Союзники и противники. Боги и Врата

— Это так важно? – тихо спросила Ириана.Да. Дорин сам не знал почему, но для него было важно узнать отцовское имя.
Его отца не существовало ни в потустороннем мире, ни во всех иных мирах. Как будто такого человека никогда и не было. Отцовскую судьбу уже не изменишь, но Дорин хотя бы узнает, как того звали.
Зачем? Чтобы отдать сыновний долг и подарить отцу малую частицу покоя.
Магия Эравана устремилась в новую атаку. Дорин и Ириана отразили удар.
Сейчас. Это надо сделать сейчас.
— Назови мне его имя, – прорычал Дорин.
— Нет, – ухмыльнулся Эраван.
— Дорин! – окликнула его Ириана.
По ее лицу струился пот. Она больше не могла справляться с Эраваном одна и рисковать своим…
Дорин направил новый поток силы по лезвию меча. Эфес Дамариса засиял.
— Назови…
— Такое же, как твое.
Глаза Эравана округлились. Он сам не понимал, как эти слова сорвались с его губ и как Дамарис сумел вытянуть из него имя прежнего адарланского короля. Но Дорину было некогда рассуждать о чудесных свойствах меча.
Значит, отец назвал его… своим именем.
— Я забрал его имя, – шипел Эраван. Сила Дамариса заставляла валгского короля говорить такое, чего сам он никогда бы не сказал. – Я стер имя твоего отца из всех миров. Оно перестало существовать. Но однажды он вспомнил, как его зовут. Только однажды… когда в первый раз увидел тебя.
По щекам Дорина текли слезы. Он знал, что Эраван не врет. Но до чего ж тяжело было слышать эту правду.
Возможно, его отец, сам того не зная, спрятал свое имя внутри сына, сделав это последней попыткой сопротивления. Оно было тайным знаком, свидетельством того, что человек внутри Дорина-старшего продолжал сражаться. Он ведь так и не прекращал борьбы с Эраваном.
Дорин. Вот как звали его отца.

Надежда.Шаол говорил, что она несла надежду. Для всех. И для них двоих тоже. Их надежда росла в ее чреве.
Надежда на лучшее будущее. На свободный мир.
Когда-то эта надежда направляла действия двух женщин, живших в разных частях континента и не знавших друг друга. Надежда заставила мать Ирианы взять кинжал и убить адарланского солдата, собиравшегося заживо сжечь ее дочь. Надежда двигала Мауриной Лошэн, которая пожертвовала собой, чтобы наследница террасенского трона сумела убежать и спастись.
Две женщины: Жозина и Маурина. Заурядные по меркам старого мира. Но перед лицом тьмы они выбрали надежду. Без их жертвы не было бы этого момента. Они совершили бросок в будущее.

— У нас не более пяти минут, – бросила ей Манона и повернулась к соратницам. – Нас учили прорываться сквозь вражеские ряды. Мы сможем прорвать заслон и разрушить башню.Ведьмы переглядывались, будто между ними уже произошел молчаливый разговор и они приняли решение.
Двенадцать ведьм пошли к своим драконам. Соррель похлопала Манону по плечу и забралась в седло. Рядом с Маноной осталась только Астерина. Ее заместительница, двоюродная сестра и подруга. Астерина улыбалась, ее глаза сверкали.
— Живи, Манона.
Манона заморгала.
Астерина улыбнулась еще шире, поцеловала Манону в лоб и шепотом повторила:
— Живи.