Ваша оценкаВ книге представлена лучшая литературоведческая работа В. Ф. Ходасевича «Державин» — классическая биография, основанная на многих фактах и документальных источниках. В издание также вошли историко-литературоведческие статьи «Державин (К столетию со дня смерти)» и «Жизнь Василия Травникова».
Жанры
Рейтинг LiveLib
4,0
1 оценка
- 50%
- 4100%
- 30%
- 20%
- 10%
Ваша оценкаПрочитали 1Хотят прочитать 2
Рецензии
TatyanaKrasnova94114 января 2019 г.ДИВАН ДЕРЖАВИНА
Читать далееХодасевич — отличный биограф, поэтому, когда в конце 80-х хлынула «возвращенная» литература, то в первых рядах, кроме стихов, издали его «Державина».
«Биограф — не романист. Ему дано изъяснять и освещать, но не выдумывать», — предупреждает автор в самом начале, а задачей своей ставит — рассказать интересно. И это ему удается, тем более, что жизнь у Гаврилы Державина — всё-таки роман, бурный, приключенческий.
Книга Ходасевича небольшая, что тоже плюс. У меня там есть любимое место — описание знаменитого державинского дивана:
«У стены высился диван, гораздо выше и шире обыкновенных, со ступеньками от полу, с полкою наверху и с двумя шкапиками по бокам. В шкапиках были ящики для хранения рукописей. На диване валялась аспидная доска с привязанным грифелем. Порою Державин ею пользовался, набрасывая стихи».Еще в одном источнике нашла, что «на боковых ящиках, которые составляли своего рода тумбы-шкафы, стояли декоративные композиции из неглазурованного фарфора-бисквита; это были модели памятников, украшавших Царскосельский парк: Чесменская колонна и Кагульский обелиск. Исполненные на Императорском фарфоровом заводе для Екатерины, они, вероятно, были ею подарены «певцу Фелицы».
46897
gorannic13 июня 2025 г.Дом на Фонтанке - приют счастья
Читать далееКнига в пол-ладони, написана В.Ф.Ходасевичем об известном государственном деятеле Гаврииле Державине. О начале жизненного пути, хитросплетениях и перипетиях, о влиянии женщины направившей жизненную энергию игрока и карточного шулера в русло службы Отечеству: сначала военной, а затем государственной. Как менялись в его жизни назначения и его отношении к несправедливому отношению сослуживцев и коллег.
Как будучи генерал-губернатором - развел бурную деятельность, столкновении с преступной халатностью, но прозорливость ума и предвидение вывели на уровень ироничного шутовства и раскрытие таланта не шахматного игрока. Перевел ситуацию в разряд: "а не приснилось ли вам"? Как на вершине бурной деятельности исчез из поля зрения городских чиновников, оставив в недоумении.
Становлении Гавриила Романовича пиитом русского дворянства и посвящение стихов сильным мира сего, попытка влияния через рифму на самодержавие.
Его влияние и участие в поимке Пугачева и взгляд на желание чиновников военного ведомства подняться в глазах самодержавия.
О жизни с любимой женой Екатериной в доме на Фонтанке, счастии быть счастливым, взаимном уважении и любви. Трепетного отношения друг к другу.
Недюжими способностями второй супруги, взявшей на себя бремя управления и строительства в доме на Фонтанке - огромного дома, двери которого были открыты для родных и близких людей.
О других периодах жизни, встречах с людьми, старении, общении с самодержавцами и поэтической составляющей.442
Цитаты
ViktoriolyaSolomko14 декабря 2021 г.Читать далееСлава строптивого чиновника и плохого царедворца постепенно создала ему в обществе славу особо честного и беспристрастного человека. Все чаще к нему обращались с просьбами быть третейским судьей в разных делах, когда стороны не хотели довериться казенному правосудию; сверх того многие люди, дела которых были расстроены, просили Державина о принятии опеки над их имуществом. Эти суды, которых он провел около сотни, и опеки, которых при Павле он имел в своем управлении целых восемь, требовали немалых трудов и создавали ему почетное общественное положение. Поэтому, примирившись с царем и тем сняв с себя тень опалы, Державин отнюдь не просил новой должности; рад был остаться всего лишь сенатором. Да и в Сенате приучал себя относиться к делам спокойнее: понял, что плетью обуха не перешибешь. Когда возникали шумные прения, он не без яду повторял слова государя:
— Мне велено сидеть смирно, то делайте вы как хотите, а я сказал уже мою резолюцию.
182- ViktoriolyaSolomko13 декабря 2021 г.Читать далее
Новый знакомый, почти еще юноша, одетый во фрак по последней моде, сделал на всех отличное впечатление. По имени-отчеству звали его Николай Михайлович, по фамилии — Карамзин. Сидя за столом подле Екатерины Яковлевны, он рассказывал о недавно виденных странах — особенно о Париже. В его разговоре были приятно смешаны важное и забавное, ум и чувствительность. Он говорил о парижских театрах, для коих не находил довольно похвал; о физиогномии Мармонтеля; об уличных цветочницах; о прекрасной Версалии, о сельских красотах Трианона; об академиях и о том, что вино в деревеньке Auteuil, некогда славное, ныне уж никуда не годится; о том, что в придворной церкви он видел короля и королеву (король был в фиолетовом кафтане; королева подобна розе, на которую веют холодные ветры); дофина видел он в Тюльери — младенец прыгал и веселился, прекрасная Ламбаль вела его за руку.
166 - ViktoriolyaSolomko13 декабря 2021 г.
«Друг царский и народный» — вот, по его определению, истинный вельможа. Такими виделись ему Бибиков, И. И. Шувалов. Таким он желал стать и сам. Тут, именно в этой точке, поэтическая деятельность соприкасалась у него со служебной. По его мнению, слова поэта должны быть им же претворены в дела. Обожатель Екатерины мечтал быть ее верным сподвижником, поклонник Закона хотел стать его неколебимым блюстителем.
138
Подборки с этой книгой
Все подборки
Другие издания
