Майор Вихрь

Крушение очагов исторической культуры есть форма крушения духа нации. (с)

Состоявшееся не исчезает. Задуманное осуществляется. Обиду не прощают, особенно воины и жены.

Когда человек арестован, он перестает бояться за себя - он боится за друзей.

Эта мысль родилась мгновенно, и он так же мгновенно придумал стройную логическую формулу, по которой все ладно и разумно выстраивалось: страдание одного угодно Господу во имя счастья тысяч. Страдание пана Ладислава, который дал ему, Трушницкому, кров, и поил на кухне самогоном, и оставлял от своего скромного ужина свеклу и ломоть хлеба, было, по логике человека, получившего во владение театр, угодно Всевышнему. И ни при чем здесь он, Трушницкий, – он только выразитель воли, пришедшей извне.

Пугать можно кого угодно, но нельзя пугать художника, потому что он сам столько раз пугал себя своим воображением, что больше ему, вообще-то говоря, бояться нечего. Писатель как женщина: захочет отдаться - вы её получите, не захочет - ничего у вас не выйдет.

Первый вопль новорожденного - это крик о грядущей смерти. Бояться смерти - наивно, потому что её нет. Мы живём в самопридуманном мире. Нас в детстве пугали загробьем, а пугать надо было только одним - предгробьем, то есть жизнью.

Разведка - это такая игра, в которой бывший враг может оказаться первым другом.

Диктатор считает себя, как правило, единственным прозорливцем, в то время как он, пожалуй, самый слепой человек, особенно в момент ослабления режима его власти.

Порой враг лучше своего: он осмотрен со всех сторон. А со своими мы церемонимся. Я чувствую измену, но ничего не могу поделать. Надо мной ещё десяток инстанций.