Ветер времени

Эта книга как никакая другая (из числа художественных) является прекрасной иллюстрацией к теме «О роли личности в истории». Потому что именно персональная и индивидуальная заслуга митрополита владимирской Руси Алексия в том, что Русь при всех прочих политических потерях и утратах, лишениях и невзгодах, случившихся в ней и с нею после смерти Симеона Гордого, сохранила в конце-концов свою государственную и религиозную (а значит и идейную, культурную, языковую) самобытность и независимость. Впрочем, говорить о наличии государственности в те времена не приходилось, но хотя бы просто сохранилась независимость от иноземных вторжений разного рода и уровня. А риски были громадные. Тут вам и раздоры между князьями и княжествами. Тут и сепаратистские тенденции Великого Новгорода, Пскова, Твери и прочих земель Руси. Тут и конкуренция между князьями за право называться великим князем. Тут и немирная соседняя Великая Литва, с её планами завоевания городов и земель русских (и не только русских). Тут же и в Орде всяческие государственные перевороты, а значит и каждый раз нужно было вновь получать ярлык на великое княжение, рискуя при этом в том числе и жизнями. Тут же и отношения с Византией и с конкурентами на всерусский митрополичий престол — и опять Литва с её далеко идущими планами. И вероятность постепенного и вкрадчивого окатоличивания.

А поскольку севший на московское княжество Иван Иванович Красный вовсе не отличался ни мудростями государственными, ни решительностью и волей, то именно митрополиту Алексию довелось помимо горних духовных задач решать ещё и все высшие мирские, все актуальные и чрезвычайно важные вопросы и проблемы. И тут уже где его волей и талантом, а где отчасти и везением, но Москва не только в конце-концов сохранила центральные позиции, но и стала объединяющим центром для всех прочих русских княжеств. И именно при Алексие Русь Владимирская превратилась в Русь Московскую — колесо истории повернулось именно в эту сторону и Русь пошла тем путём, который привёл два десятилетия спустя к Полю Куликову.

Однако, помимо вот всего этого, это ещё и просто великолепный беллетристический исторический роман, в котором мы с интересом следим за жизненными путями и простых людей, за их личными судьбами, любовями, подвигами и слабостями. И эта составляющая книги не менее интересна, чем её большие темы и смыслы.

Данный роман - моя первая электронная книга. Я в восторге от романа, ставлю ему 5 звёзд! Роман рассказывает о том же самом времени, что и произведение Дедюхина и Гладышевой "Крест", но у Балашова психологизм ситуации, в которой оказалась Русь после смерти великого князя Симеона Гордого, более глубок, полон и обширен. Историческое полотно романа очень детально прописано и более полно, чем в "Кресте" (сравнения романов "Ветер времени" и "Крест" абсолютно закономерны: ведь они написаны про одно и тоже время). Сюжетные линии романа переплетены и показывают нам всю сложность и многослойность произведения. Тут и поставление ханом Джанибеком в Орде Ивана Красного на великое княжение, и поездка в Константинополь местоблюстителя митрополичьего престола Алексия на поставление в митрополиты всея Руси, и захват (практически захват) Алексеем Петровичем Хвостом места тысяцкого в Москве и последующее его убийство, и излечение от слепоты ханши Тайдулы митрополитом Алексием, и захват в плен Алексия в Киеве приспешниками литовского князя Ольгерда во время поездки митрополита в южнорусские епископии, и бегство Алексия из киевского плена, и начало "Великой замятни" в Золотой орде. Особняком в романе стоит подвижничество Сергия Радонежского. Хочется заострить внимание читателей данной рецензии на некоторых сюжетных линиях данного романа, а именно 1) на поездке будущего митрополита Алексия в Константинополь; 2) на "Великой замятне" в Золотой орде; 3) на пленении в Киеве митрополита Алексия с последующим бегством Алексия из киевского заточения.

1) в поездке в Константинополь Алексий воочию ощутил приближающийся закат тысячелетней Византийской империи (забегая вперёд, скажу, что Византии осталась какая-то сотня лет). Алексий увидел какой раздрай в обществе может быть при слабых руководителях государства;

2) "Великая замятня" (так в наших летописях называется междоусобица в Золотой орде) началась с убийства старшим сыном Бердибеком хана Джанибека и 12-ти младших братьев. После смерти Бердибека не осталось прямых наследников ханской власти, зато в разных местах Орды стали появляться ханы-самозванцы , в одно время в Орде было до пяти ханов одновременно;

3) в плен митрополит Алексий попал в Киеве во время святительской поездки в южнорусские епархии. Алексий взят в плен местным князем Фёдором, подручником литовского князя Ольгерда. Алексий бежал из плена, когда узнал о смерти Великого князя Ивана Красного. Отдельно нужно сказать, пока Алексий был в плену, московский княжеский дом потерял великое княженье и кое-какие из приобретений Ивана Калиты.

С возвращением Алексия в Москву, он стал регентом при малолетнем сыне Ивана Красного и вернул, проявив свою железную волю, московскому княжескому дому великокняжеский стол.

Отдельным словом хочется упомянуть сюжетную линию романа, основанную на продолжении подвижничества (начало подвижничества было в "Симеоне Гордом") Сергия Радонежского. Сергий становится игуменом, основанного им монастыря и вводит в обители общежительный устав.

Вывод: роман просто ода теме "Роль личности в истории": если личность слабая (как Иван Красный) - в обществе всё начинает ломаться и разваливаться, а если личность сильная (как митрополит Алексий) - всё в конце концов устаканивается и идёт своим чередом.  

Это пятая книга из серии "Государи московские". Ему предшествуют: "Младший сын", "Великий стол", "Бремя власти", "Симеон Гордый". Роман повествует о периоде истории от 1353 года до первых лет княжения Дмитрия Донского.
Как и все книги Балашова роман читается с интересом и дает очень много в плане более глубокого познания российской истории. Балашов, как и Пикуль, по моему мнению, очень жестко придерживаются исторической правды и не уходят от достоверности в угоду художественности. Мне кажется, что если фанаты современной фэнтези типа Толкиена, Перумова, Лукьяненко и т.п. наберутся терпения и прочтут внимательно хотя бы по одной книге Пикуля и Балашова, то они смогут избавиться от своего пристрастия и с большим удовольствием будут знакомиться с историей своей страны, а не с выдуманной страны хоббитов, или эльфов или еще какой-нибудь чертовщины.

Два великих русских писателя ХХ века, разные по судьбе, но равные по таланту: Шолохов и Балашов.
Нельзя понять вполне историю Гражданской войны, не прочитав "Тихий Дон". Не понять историю Великой Отечественной, не прочитав "Они сражались за Родину".

Романы Дмитрия Балашова, казалось бы, уносят нас слишком далеко в прошлое. Но писал-то он их в годы, не уступающие по трагизму годам революции, Гражданской, Отечественной. Во время, когда распалась и утратила былое величие тысячелетняя Россия, пережившая революцию, Гражданскую, победившая в Отечественной, но не выдержавшая внутреннего предательства и разложения. И романы Дмитрия Балашова несут печать размышлений автора над современной ему историей. В них, в этих размышлениях, есть и прямые предсказания наших будущих судеб. Предсказания суровые и горькие, отвратить которые мы сможем, только если вернёмся к Богу, если восстанем против измены и разложения, если превратим Россию в подножие Престола Божия, в средоточие христианской справедливости и любви.

Если вас когда-либо интересовал вопрос: можно ли долго и много писать на одну тему, но не повторяться в мелочах, то Государи московские отвечают - можно!

После нескольких подряд сильных князьёв на московском столе оказывается Иван Красный, муж достойный, но не подходящий ни характером, ни темпераментом, ни эпохой. В боярах нестроения, Литва кусается,  Рюриковичи мечтают утащить титул великого князя кто в Тверь, кто в Суздаль - то есть всё так же, как и было и как еще долго будет. Но вместо пустопорожнего повторения, что здел этот, а что сказал тот, фокус смешается на соседей - государства не существуют в вакууме, а взаимовлияют друг на друга.

И вот, на московские судьбы оказывают влияние решения Царьграда, Вильны, Сарая. И вот этого очень сильно не хватает учебникам - отечественная и зарубежная история изучаются отдельно, отчего возникает иллюзия изолированности исторических процессов. Вот например: перенос митрополичьей кафедры из Киева во Владимир, а затем и в Москву в учебниках преподносится как решения московских князей, но ведь на деле-то митрополит подчинялся Византии и московиты могли только поспособствовать этим переносам, но никак не решить их самостоятельно.

Вообще очень много внимания уделено практической роли церкви, частью от того, что митрополит в описываемое время буквально заменял великого князя. Но показывается и многое более приземлённое - устроение земли и монастырей, обучение черного люда или как был устроен двор патриарха.

Часто пишут, что Балашов-де явно даёт кому-то предпочтение: то Новгороду, то Твери, не любит Москву или слепо следуеттрадиции Гумилёва. Но каждый раз это приходится буквально выискивать и дальше легкого антагонизма западу или легкого благоговению орде дело не идет.

Крайнекинематографично, ведь даже молитвы описываются динамично. Сохраняется композиционная стройность: там где недавно была ведунья и языческие кошмары ныне становление святого. А описания давно минувших дней оборачиваются предупреждением будущему: 

Кто скажет, Царьград ли это или..?

100 коротких рецензий. #14. Hello darkness, my old friend

100 коротких рецензий. #12. Ловят ли омары космический ветер?

Как интересно читать панегирические произведения, посвященные русской истории. И пусть они касаются средневековья, но даже там, при всем желании автора героизировать прошлое "великой России", мы натыкаемся на подлость, презрительное отношение к другим народам и государствам и готовность ради власти пойти на любые поступки. "Родина — это вы сами!.. Землю неможно спасти, ежели она не хочет спасения, и очень трудно погубить, ежели она того не возжелает сама!" В этом произведении речь идет о стремлении московского митрополита Алексея возглавить православную церковь, став митрополитом "Киевским и всея Руси". Разумеется, это все — лишь для блага отечества и во славу родины, ибо киевляне, литвины не рассматриваются как достойные нести "свет веры в массы". Но в то же время, постоянно подчеркивается необходимость сильной руки в ущерб демократии и самоуправления княжеств, разумеется сильной рукой может быть исключительно княжество Московское: "Всякий язык, покусившийся на уважение к старшим своим, как и забывший славу предков и их заветы, распадает и гибнет невестимо в пучине времен!". К преимуществам книги можно отнести захватывающий сюжет побега из киевского плена Алексея и посещение им постепенно разрушающегося под бременем истории Константинополя. А к недостаткам — то презрение ко всем другим народам, которое россияне успешно пронесли сквозь века истории.