– А Евгения сильно горевала из-за расторжения помолвки?

– Скажете тоже, горевала она, – усмехнулся Василий Афанасьевич, – как только узнала, что жених от нее отказался, сразу на радостях вечеринку закатила.

Она смотрела, как следователь уплетает котлеты, и думала о том, что вот он, в общем-то, не злой человек, занимается такой недоброй работой...

– Я погляжу, вы, Роберто, не только великолепный повар, но и неплохой философ.
– Я – хороший философ! – Чилини поднял вверх указательный палец.