Бесы

- Верховенский, вы не имеете ничего заявить? - прямо спросила хозяйка.
- Ровно ничего, - потянулся он, зевая, на стуле. - Я, впрочем, делал бы рюмку коньяку.
- Ставрогин, вы не желаете?
- Благодарю, я не пью.
- Я говорю, желаете вы говорить или нет, а не про коньяк.

Жизнь есть боль, жизнь есть страх. Теперь все боль и страх. Теперь человек жизнь любит, потому что боль и страх любит.

Вы вот высчитываете по пальцам, из каких сил кружки составляются? Всё это чиновничество и сентиментальность – всё это клейстер хороший, но есть одна штука еще получше: подговорите четырех членов кружка укокошить пятого, под видом того, что тот донесет, и тотчас же вы их всех пролитою кровью, как одним узлом, свяжете. Рабами вашими станут, не посмеют бунтовать и отчетов спрашивать. Ха-ха-ха!

Кто может знать в наше время, за что его могут арестовать?

страх есть проклятие человека

— А вы бабочками увлеклись, люди надоели?

Друг мой, настоящая правда всегда неправдоподобна. 

Только сделайте одолжение, присядьте уж и сами, а то что же я буду сидеть, а вы в таком волнении будете передо мною... бегать.

Любовь выше бытия, любовь венец бытия.