— Единственная причина быть с кем-то – это если вы делаете друг друга счастливыми. Любая другая причина – чушь.

Когда ты глупая влюбленная девушка, практически невозможно увидеть красные флаги. Легко притворяться, что их нет, притворяться, что все идеально.
Красивым богам рока, целующим тебя до головокружения, сходит с рук даже убийство.

В театре есть правило: если ты показываешь ружье в первом акте, значит, оно должно выстрелить во втором или третьем. Суть в том, что зрители увидят это ружье и не забудут его. Что-то должно с ним произойти. После целого лета без тебя я начинаю понимать, что ты – это ружье, что ты выстрелишь, и не уверена, кто из нас останется в живых.

В мире происходят важные события – терроризм, беженцы, болезни, – но я стою тут и переживаю из-за своих мелких глупых проблем. Серьезно, мои проблемы с мальчиками – ничто. Но кажутся всем.

Девушки не влюбляются в гадов-манипуляторов, которые обращаются с ними как с дерьмом и заставляют их серьезно задуматься над принятыми важными решениями. Они влюбляются в гадов-манипуляторов (которые обращаются с ними как с дерьмом и заставляют их серьезно задуматься над принятыми важными решениями), которых считают рыцарями в сияющих доспехах.

Сложно отказаться от своей плоти и крови, даже если они бьют по твоему сердцу отбойным молотком.

Я скоро пойму, что и я, и мама – неудачницы, постоянно находящиеся под властью мужского шарма и нашего одиночества. Мы с ней сами копаем себе могилы. А потом ложимся в них, скрещиваем руки на груди и ждем, когда мужчины выльют на нас грязь.

В общем, все будет хорошо, пока в мире существуют розовые ботинки в стиле милитари.

Может быть, единственный способ узнать, что ты действительно кого-то любишь - если они могут сломать тебя одним предложением.

Сложно отказаться от своей плоти и крови, даже если они бьют по твоему сердцу отбойным молотком

Но я начинаю понимать, что мы все носим странные доспехи, чтобы дожить до конца дня.

Я так привыкла к этому – к парню, которой прячет меня от проблем. Только вот… Парни и есть проблемы.

Ты – лабиринт, весь из высоких стен и бесконечных поворотов. Я не могу найти выход, не могу понять, где уже была. Нужно бежать, потерявшись в темноте тебя. В ловушке. Куда бы я ни повернула – тупик. Я продолжаю возвращаться к месту, откуда начала.

Есть медицинский термин, описывающий проблемы моей мамы, но мне в голову приходит только «конченая психопатка».

Я чувствую, как колет в сердце. Словно сердечный приступ, но хуже, потому что это сердечный приступ нелюбимых девушек. Это медицинский факт: когда девушка слышит, что другая девушка имеет половые отношения с мальчиком, который нравится упомянутой девушке, ее сердце превращается в игольницу. Чистая наука.

Моя мама ходила в одну из строгих католических школ. У нее хорошо получается быть реалистом. Она не пытается быть злой, она пытается мне помочь. Просто иногда ее слова бьют, как линейка монахини по костяшкам пальцев.

На ней написано «Мама № 1», что весьма иронично. Мне хочется, чтобы производители кружек придерживались правды. Например, почему нет кружек с надписью «Некогда вполне неплохая мама, вышедшая снова замуж и переставшая заботиться о своих детях?». Понимаю, много слов, но если использовать 12-й шрифт, то точно можно запилить это на кружку.

Времени поговорить по дороге особо нет, но ты не отпускаешь мою руку, и я переживаю, что она потная, но стараюсь не думать об этом, потому что так она вспотеет ещё больше, и тогда ты поймёшь, что она потная, вот чёрт. Я в аду. Но типа с видом на рай.