Уайнсбург, Огайо

Как запойный читатель, я с детства веду маркированный список - определитель качества хорошей книги.
Первым пунктом там идет зависть - не черная, съедающая изнутри, а легкая такая зависть одного выдумщика к другому, что это придумал не ты.
Вторым - простота. Когда автор пишет забавную и легкую историю, а получается что-то вроде Castle Keep Истлейка. Или когда о сложных вещах рассказывают обыденно, со скукой, как Боровский.
Под третий пункт попадает категория книг обывательских, неторопливых, где под толщей повседневности искусно загримирован яркий экшн, а под личиной героев скучных - взрывные темпераменты и объемные образы. Такие книги не будут продаваться под грифом "Скандал" или "Читать обязательно", но именно они - реальное подчас отражение действительности, не радужное, не приукрашенное, не устрашающее, а именно настоящее.
Под эту категорию и попадает сборник рассказов Шервуда Андерсена "Уайнсбург, Огайо" - это такая южная готика по средне-западному, Фланнери О'Коннор без католического флера. Сборник можно читать разрозненно, но именно в последовательном знакомстве с героями и есть своя прелесть: все они - и бывший учитель, обвиненный в связи с подростками, и фермер, не ставший проповедником, и журналист, мечтающий о писательстве, несчастливые жена, плохие матери, отвратительные мужья - весь замкнутый мир Уайнсбурга соткан из сотен историй, в основе каждой из которых - человеческая жизнь.
С одной стороны, все эти люди служат декорацией к главному герою - Джорджу Уилларду, журналисту, так или иначе фигурирующему в каждом рассказе и связанном со всеми жителями. С другой - сборник яркий образец "мягкого повествования", где главный герой не перетягивает на себя все внимание, а лишь соединяет воедино разрозненные части. Собственно, и заканчивается сборник отъездом Уилларда, оставляя открытый финал - что будет с этой несчастной в Уайнсбурге душой и найдет ли он успокоение вдалеке от отца. Вообще, творчество Андерсена настолько типично-американское, а слог настолько ярок и вместе с тем прост, что это материал не для краткого обзора, а для огромного исследования, что до рекомендации, у меня крайне странные литературные пристрастия, но всем, кто любит американскую литературу и хороший слог - читать обязательно.

Если вам не часто встречаются люди странные, со странными идеями или благодаря своему окружению выросшие в людей в чем-то ущербных, а иногда - просто чудиков, то вот вам случай ощутить себя в этом городке, как в паноптикуме.

Где подчас находиться рядом с такими некомфортно, а иногда и страшно. Но порой они находят друг друга. Встречаются и неудобные люди, а еще - нелепые, живущие в какой-то своей действительности. А если человек оказывается в других обстоятельствах и ему, оторванному от привычного, так трудно найти свою нишу, что подчас он производит нелепое впечатление - а разве нас самих не так же трудно оторвать от привычного, чтоб прилепить к чужому?

Ох, столько персонажей, что даже у Гоголя не найдется столько, сколько мы встречаем у Андерсона. И от этого нам неспокойно.

А может быть, неспокойно как раз оттого, что они - это мы? Кто-то слишком сильно дружит со своими страхами, кто-то так и остался ребенком, но не в лучшем смысле. Кто-то в поиске, но не знает, чего ищет, а тот, кто знает, не может найти. И как много тех, кого тоска загоняет в неудобные рамки, и в попытках вывернуться оттуда совершаются непонятные поступки. Но их всех гложет одиночество, кого-то - в малом, а кого - в глобальном смысле.

Каждый из нас одинок, по сути, но одно дело - когда с этим сживаешься. Или еще можно бороться. В общем, жить. Главное - не впасть в отчаяние и не начать страдать от одиночества, что, как известно, к хорошему не приводит.

Все мы - немножко чудики, без этой малой толики чудачеств, возможно, мы и не были бы так интересны окружающим. И любя и извиняя свои чудачества, будем любить такие же чудности в наших соседях, друзьях, близких, понимая, что и они, наверное, любят нас такими, какие мы есть.

А если говорить об общей атмосфере - от кое-каких рассказов было неуютно. Но остальные в своей природе несли какую-то потаенную поэтическую тоску. По чему-то несбывшемуся или тому, в чем даже себе не всегда признаешься. Может, поэтому многие рассказы воспринимаются, как зарисовки, не с цельной картиной, а как бы выделены несколькими штрихами отдельные моменты, и все. Но сюжет как таковой в них не главное, все дело в настроении, доносимом до нас автором.

всю не охватить, обо всем не рассказать, книга уникальна
поэтому тезисы, которые я одержимо строчила в бумажный дневник во время чтения:

• книга о нелепых людях, обозначает автор в самом начале книги. и мы тоже вверху это отметим
• по чувствам и памяти - время действия всех рассказов - осень-конец осени-зима. последний рассказ - весна. вспоминаю уроки по истории русской литературы, где нам профессор Строганов рассказывал о подчинении литературы цикличности народного календаря, зима - умирание, весна - рождение. книжка закончилась весной, герой отправляется в светлое будущее с лучшими надеждами
• нелепые люди Уайнсбурга - великие молчальники, почти все одиноки, непоняты другими, да и сами себя они не понимают, неуверенные или обманчиво самоуверенные
• автор собрал типажи людских характеров и обстоятельств. но типажи эти не картонные, не карикатурные, а обжитые, законченные все, выпуклые на пасторальке захолустного городка
• образы просты и наивны. некоторые из "нелепых" вроде подают надежды глубоко пофилософствовать, но автор как будто осаждает их, одергивает, стягивает с небес (с пьедестала) вниз на землю, мол, нечего тут...
• герои рассказиков-историй лелеют надежды на перемены, на возвышение над обыденностью, ждут, что снизойдет откровение правды жизни и дальше будет ой как хорошо житься (прям как у меня)
• у героев появляется возможность изменить свою жизнь, но они ее "профукивают"
• все хотят друг другу что-то сказать, но молчат, забывают, стесняются, запинаются и уходят, а чаще убегают
• нелепые люди желают перемениться, стать другими и в первую очередь переубедить в этом других, вот кажется близко понимание... но снова терпят фиаско
• хотят вырваться из своей привычной оболочки, но у них это не получается. Элмер Каули не хочет быть чудаком, которым он слывет в городе, пытается стать нормальным, но все равно "скатывается" (возвращается) к своему чудачеству. Рей Пирсон не хочет быть закабаленным отцом семейства, в своих рассуждениях не считает себя и других мужчин виноватыми в том, что они брюхатят женщин, мол6 они сами женщины выражают согласие, раз идут в лесок, на сеновал и т.д. он хочет отговорить своего товарища, но тот уже решился - жениться и заводить дом, и Рей вдруг вспоминает своих кривоногих детишек и успокаивается, возвращается из минутного порыва, слабости (или может наоборот силы)
• нелепых людей интересует достаток, самоутверждение, но мало кто благородствует, ведет праведную жизнь, слушает, сочувствует, все думают только о себе
• самый жалкий, страшный, вызывающий море сочувствия персонаж - Енох Робинсон из рассказа "Одиночество". он настолько ушел в свои мечты, что упустил в своей жизни всё - хорошую работу, семью, друзей, свой талант художника, остался со своими выдуманными голосами, мечтами, он обозлен
• всех героев зовут мелодически одинаково, путаешься, не запоминаешь сперва. только к середине книги начинаешь различать, предположу, что сделано это намерено, автор населил свою книгу джорджами, уолшами, джошами, джесси, уиллардами, джонами уайтами, сделав их нарицательными что ли, стерев их остро ограниченную индивидуальность, чтобы каждый-каждый мог стать джоном или томом или элен
• очень много упоминаний секса (не картинок с описанием, а просто - пошли в лесок), молодежь городка женихается, целуются по темным уголкам, сперва мне подумалось, что автор зациклен на сексе, а теперь подумала, что он таким образом дает как бы намек - все они приземленные, озабочены (в хорошем смысле слова) первичными желаниями и это нормально, это здоровая такая обыденность, печальная, но она же про всех нас
• рассказ ведется от третьего лица, рассказчик не отстраненный, он вроде как тоже живет в этом городке и знает обо всех непонаслышке, в одном лишь месте проскакивает "я", а мне кажется, что автор ассоциирует себя с Джорджем Уиллардом - у него и профессия всезнающая - журналиста
• именно он в открытом финале книги получает возможность сделать то, достичь того, чего не смогли его сограждане. но финал - открытый

У нас неизвестен, нереально знать всех хороших вражеских писателей. Америка в очередной раз враг №1, если я правильно понимаю. Но мне стало интересно, что за мужик был, который оказал серьезное влияние на Фолкнера, Стейнбека, Бредбери, поссорился с Хемингуэем и удостоился пародийной повести "Вешние воды" (!). А умер от перитонита на борту корабля в районе Панамы. В непростой день - 8 марта. В непростом году - сорок первом. Шестидесяти четырех лет отроду. путешествуя с четвертой женой в Южную Америку.

На русский мало переводился, наиболее известен сборником "Уайнсбург. Огайо", 25 рассказов о жизни вымышленного провинциального городка на Среднем Западе. Общей сюжетной линии нет, но некоторые персонажи упоминаются неоднократно. А фигура рассказчика объединяет цикл, который заканчивается с его отъездом из города. Я прочла несколько, все о разном и каждый хорош по своему. Но если бы пришлось для себя обозначить, что их объединяет, не стала бы пользоваться географическим признаком, которым хрестоматийно характеризуют Андерсона.

Мне кажется, во главе угла для него сложность и неоднозначность человеческого поведения. Сейчас попытаюсь объяснить. Принято считать, что человек должен быть цельным: "Вторая половинка есть у яблока, у жопы и у таблетки. Я родилась изначально целой" (Раневская). Фаина Георгиевна говорит о том, что если все, необходимое для счастья, ты можешь найти в себе самом, нет необходимости искать это вовне. Она была умничкой и, без сомнения, натурой многогранной.

Но большинством цельность, целостность понимается примитивно. Как полная согласованность внутренних и внешних проявлений человека: мысли, слова, поступки в одном русле. Порядочный человек что думает, то и говорит и сообразно этому ведет себя. А если говорит одно, поступает по-другому, а думает при этом вообще третье, так он и вовсе дрянь человечишко? Ну да. И многие ли из нас могут похвастаться тем, что ВСЕГДА ведут себя задекларированным образом? Ну, только честно?

Герои Шервуда Андерсона не всегда. В его персонажах сосуществует много субличностей с часто диаметрально противоположной мотивацией. Особенность его прозы в том, что психологическую сложность, которую мастодонты мировой литературы, от Достоевского до Фолкнера выражают романом на полтысячи страниц, здесь удается в коротком рассказе. Не знаю, как. Магия подлинной литературы.

Узнает о гибели единственного любимого сына, талантливого и яркого парня, составлявшего весь смысл их существования, чета стариков, всю жизнь отдавшая тяжелому фермерскому труду. Им бы сломаться - смысл из жизни ушел, но находят опору в земле, на которой крепко стоят ("Сев маиса"). Как в одном человеке может уживаться глубокая, благоговейная, почти религиозная любовь к лошадям с хвастовством перед уродливыми шлюхами в грязном притоне - бьется над покуда неразрешимым для себя вопросом мальчишка-лошадник ("Я хочу знать, зачем").

Не в силах устоять перед острым сексуальным притяжением полузнакомой женщины, живущей по соседству, молодой человек с блестящими перспективами карьеры и социализации, нежно любящий невесту, встречается накануне свадьбы и занимается сексом с той другой. Некрасивой, принадлежащей к низшему социальному слою, замужней, да вдобавок много старше себя. И нет, это не убивает ни будущего его, ни любви, но как-будто делает сильнее, увереннее, взрослее. ("Другая женщина"). "Я хочу дать вам понять, что со мной была какая-то частица ее веры в свои желания и мужества в их осуществлении".

Мы все очень разные и в нас много всего понамешано. И можно лелеять внутренныий раздрызг между субличностями, рвать рубаху и социальные связи, скатываться в психоз. А можно попытаться выступить переговорщиком между ними, примирить, сгладить противоречия и найти источник внутренней силы. Которая всегда не вовне, всегда в тебе самом.

Эта книга уникальна и стала для меня настоящим открытием 2013 года. Она представляет собой цикл из 22 рассказов, в каждом из которых появляется один и тот же герой - молодой репортер Джордж Уилард, хотя ему отведена лишь второстепенная роль созерцателя человеческих судеб, точнее - их крушения. Писатель рассказывает о т.н. "нелепых людях" (в другом переводе они названы гротесками, но настоятельно рекомендую читать "Уайнсбург" в переводе Голышева и ко., как в данном издании). Ключевую роль играет самый первый рассказ, так и озаглавленный: " Книга о нелепых людях" - и выступающий в роли своеобразного предисловия. В нем автор четко обозначает тематику своего произведения и приводит такое высказывание:

Полагаю, что это будет справедливо и по отношению к читателям "Уайнсбурга", если им удастся уловить ту самую мысль, подобрать ключ к разгадке характеров героев. Каждому герою посвящен, по большей части, один рассказ, но в столь малый объем Андерсону удалось вместить трагедии их жизней, показать, насколько они несчастны - каждый по-совему.

Почему-то "Уайнсбург" оказался несправедливо забыт с момента написания, хотя, на мой взгляд, нисколько не потерял в своей актуальности. Люди по-прежнему пытаются жить, придерживаясь той единственной "правды", которую для себя избрали, но не понимают, что жизнь требует от них умения меняться.

Язык повествования - качественный, насыщенный, свойственный многим американским писателям начала XX века. Говорят, что в своей жизни Андерсон так и не смог написать ничего лучше "Уайнсбурга", но его творчество оказало влияние на многих молодых авторов, в том числе Фолкнера, Хемингуэя и Стейнбека.

Удивительно, как его мало знают у нас, хотя из его короткой прозы выросли Уильям Фолкнер (он работал в магазине, которым владела третья жена Андерсона), Хэмингуэй, и, как утверждал Фолкнер, Фицджеральд. Другой великий американец, поэт Харт Крейн, утверждал, что книгу Андерсона «Уайнстюург, Огайо» нужно читать “стоя на коленях”.

И эта проза, действительно, может поставить на колени. Полная драмы, поисков счастья и невероятного одиночества героев. Рассказы Шервуда Андерсона только на первый взгляд очень просты. Но за каждой историей стоит несколько смысловых слоев. И ты погружается в драму, которая прорезается сквозь историю, как невидимая на первый взгляд деталь на живописном полотне. И ты поражаешься насколько эта история может открыться совершенно иным смыслом. В рассказе «Философ» Андерсон это делает последними словами своего странного героя. И тогда все повествование разворачивается для тебя и становится понятным.

Совершенно случайно зацепился мой взгляд за эту книгу в каком-то из зарубежных списков литературы, затем в другом, в третьем... И вот я решила прочесть ее, американскую классику, малоизвестную у нас в России, и осталась вполне довольна. Книга представляет собой сборник рассказов о жителях небольшого городка Уайнсбург, расположенного на Среднем Западе, связанных между собой, помимо места, одним персонажем прямо или косвенно участвующего во всех историях. В этом персонаже отчасти угадывается и сам автор Шервуд Андерсон, ведь он так же жил в небольшом городке в Огайо, работал редактором в газете, прошел долгий путь к писательству и пытался разобраться в людях. Результаты этих попыток и нашли свой выход в этом сборнике, ведь каждый рассказ в нем это история одного из жителей, попытка понять чудачества, которые их окружают. Кто-то мог бы сказать, что такого количества чудаков в одном городке не бывает, а кто-то скажет, что эта книга о настоящей жизни. Правда же, как обычно, где-то посередине - многие человеческие качества здесь гипертрофированы или утрированы, но это отражение обычных людских поступков и возможность понять что творится в мыслях и сердцах твоих соседей, друзей и родных. И вот что здесь было удивительным для меня - рассказы небольшие и зачастую обрываются без логического конца, но у меня не было ощущения недосказанности или неоконченности, каким-то чудесным образом я знала что осталось "за кадром", и принимала предложение автора подумать о том или ином аспекте жизни. Это и правда волшебно.

Рассказ повествует о старом писателе, который хотел смотреть на деревья, растущие за окном, когда просыпался по утрам. Вызвав старого плотника, они проговорили о Гражданаской войне, а не о возведении помоста для кровати по идее писателя. В итоге плотник сделал так, как посчитал нужным, и теперь писатель вынужден был взбираться в свою кровать со стула.
Лежа писатель стал размышлять о всех тех людях, которых он повидал за свою жизнь. Вереницей они проходили в его сне фигура за фигурой и все они были нелепыми. Проснувшись , он сел писать о них книгу, "Книгу о нелепых людях". Смысл этой книги сводился к тому, что сначала в мире не было правды и каждый человек сам придумывал для себя одну или несколько правд и каждая правда выглядела как скопление мыслей и рассуждений. В итоге в мире накопилось множество самых разнообразных правд, а потом набежали люди и расхватали правды. У старого писателя была целая теория на данный счет, согласно которой именно правды делали человека нелепым. Себя же, разумеется, он таковым не считал.
Рассказ маленький, но заставляет задуматься не только о правдах, но и о том, от чего пришлось отказаться главному герою.

дочитала в больнице Шервуда Андерсона, которого вообще не знала и не читала никогда. и вот в курсе Андрея Аствацатурова на Радио Арзамас узнала о том, что это вообще-то классика американской литературы. от стыдобища)

тут все интересно! непросто читать, но если просек основную идею, то дальше чтение идет легче и веселее. это роман в рассказах о маленьком городке Уайнсбург, штат Огайо, рассказы не связаны общим сюжетом (у Аствацатурова услышала, что он так нарочно делал, уходил от сюжета в знаменитом о’генриевском смысле слова), но в каждом фигурирует один и тот же персонаж, прямо или косвенно. как индикатор причуд других героев.

а причуд масса) тут прямо целое собрание прибабахов и неврозов. как становится ясно из предисловия, каждый житель городка, узнавая о себе и мире какую-нибудь одну единственную правду, абсолютизируют ее до полной нелепости, до абсурда. и это выносит этого человека за пределы общественной нормы. галерея чудиков встанет перед вами в этой книге, целая галерея!

короче, мне понравилось) хотя порой читать было прямо диковато. есть в этой книжке изюминка. у Андерсона учились прямо все светила американской литературы (и Фолкнер, и Стейнбек, и Бредбери, и Вулф), а на русский эту книгу (почти всю) перевел прекрасный переводчик Виктор Голышев.

Небольшая книга о жителях небольшого городка, где каждому второму нужен толковый психиатр. Или каждому первому. А может, вообще было бы лучше огородить городок забором и повесить табличку "Карантин", но тогда придется огораживать все подобные городки, коих тысячи на свете, и вешать табличку на каждый - оно вроде и полезно, только досок не хватит. А еще в таком случае оттуда никто никогда не уедет.

От этих красивых, необычных, занятно написанных расказов отдаленно веет не то Достоевским, не то Салтыковым-Щедриным, не то просто русским XIX веком, а еще - абсурдом, несчастьем и беспробудной депрессией. Маленькое незаметное сумасшествие, которое в глазах соседей и домочадцев почти приобрело статус обыденного чудачества, - самое страшное. О, тень женщины с ножницами. О, длиннорукий сын лавочника, который кидается на людей.

Написано здорово, но, как мне показалось, не без некоторой претензии - слишком уж часто на страницах упоминались всяческие истины да правды - поэтому слегка не в моем вкусе. Ну и худых высоких темноволосых героинь тоже получилось многовато.