Одиссея Георгия Лукина

О чём книга: Лёгкая весёлая повесть о житье-бытье советских студентов 60-х годов. Сам я был студентом на рубеже 70-х — 80-х. Так что, во времена моего студенчества, люди, о которых написана повесть, вероятно, давно уже остепенились, стали взрослыми и успешными. Но, видимо, какой-то дух, некая студенческая вольница, всё ещё пропитывали стены наших общаг. Так что ситуации, описанные автором, не то чтобы мной узнаваемы, но допускаю, что вполне могли случаться во времена оны. Всё, о чём пишет Дубровин, было и в моём студенчестве: и пьянки, и шпоры, и злые деканы, и комендантши-самодурши, и безудержные веселье, и изобретательность в деле генерации новых шкод. Про это рассказывается в первой части повести. Вторая часть повести посвящена операции под кодовым названием «отмазаться от распределения». Дело близится к окончанию учёбы. В советские времена существовала практика «распределения». Выпускники ВУЗов после окончания обучения обязаны были отработать три года на тех рабочих местах, куда им укажет специальная комиссия. Герои, по тем или иным причинам не желающие ехать «по распределению», принимают отчаянную попытку получить «открепительные справки», освобождающие их от этого самого «распределения». Для этого они отправляются в один из пригородных колхозов (ВУЗ, в котором они обучались — сельскохозяйственный) и пытаются раскрутить председателя на вышеупомянутые справки.

Плутовская повесть в исполнении Дубровина выглядит весьма убедительно и забавно, и я бы сказал, она стройнее и чётче выписана по сравнению с его первой достаточно крупной юмористической вещью, "Грибы на асфальте". Меньше абсурда, персонажи интереснее, даже какие-то серьёзные нотки звучат в конце, когда персонажи ставятся перед достаточно жёстким выбором. Евгений Пантелеевич придерживает появление главного героя, Александра Скифина, чтобы затем подать его выгодно и эффектно, как козырного туза, и потихоньку передавать ему "власть" над сюжетом. Упорный и несгибаемый, Скиф оставляет после себя двойственное впечатление, что прибавляет очарования повествованию. Удачный, хотя и довольно стандартный, подбор "команды", достаточно неожиданных сюжетных ходов. Конечно же, перед нами не "классический" Дубровин, но если понадобится книжка "для отдыха", думаю, "Племянник" вас не подведёт!

Дубровинская рука узнаваема, но его сюжеты непредсказуемы... Как всегда, легко читаемая, можно смело сказать, захватывающая, история оказывается достаточно хитрым трёхслойным сюжетом, быстро развивающимся от забавных рассуждений о бардах до авантюрного пиратского поворота, столкновения характеров и окончательного подведения моральных итогов на всех трёх планах. Для повести, едва превышающей 200 страниц, - насыщенность очень высокая. Плюс к тому Дубровин находит место и для описаний природы, и для мелких, как будто бы незначительных деталей - заинтересованность Марфы Коньком-Горбунком, подаренный ему несессер, рыбья болезнь Аггея; сюжет мог запросто без них обойтись, но Е.П. не жалеет красок, и тем самым незаметно повышает уровень реализма до такой степени, что когда автор признаётся, что он это всё выдумал, ему элементарно не веришь. Лукавит, бес попутал! Есть в России такое, есть...

Большой набор как негативных, так и положительных характеров, кстати, и нейтральных - если в таком сюжете это возможно, есть и прямолинейные моральные выводы, предъявленные читателю, и непрямолинейные, до которых читатель должен дойти сам, есть противопоставления персонажей, есть всё, чтобы посоветовать любителям чтения обратиться к этой книге как к хорошему образчику крепкой советской прозы и посоветовать министерству образования включить её в учебные программы по литературе (пусть школьники поломают копья на тему моральных принципов).