Четыре сезона

Когда у человека отнимают свободу и приучают его жить в клетке, он теряет способность мыслить как прежде.

Меня не перестает поражать способность людей находить самое больное место у тех, кого хотят обидеть или оскорбить.

Потому что к неволе привыкаешь. Когда у человека отнимают свободу и приучают его жить в клетке, он теряет способность мыслить как прежде. Он как тот самый кролик, испуганно вжимающийся в асфальт, по которому несутся машины.

*

Я надеюсь, что Энди сейчас там. Надеюсь, я найду его. Надеюсь, что Тихий океан такой же голубой, как в моих снах... Я надеюсь.

Посторонним нет дела до потайных уголков нашей души. Мы окружены глухой стеной непонимания, точнее, нежелания понять. Приоткрывая потайные уголки своей души, мы рискуем стать объектом всеобщих насмешек и, как уже не раз бывало, наше откровение будет гласом вопиющего в пустыне...

Кто-то тонет, кто-то выплывает, а жизнь идет своим чередом. Справедливо это или нет, но это так.

Люди, которые прибегают к моей помощи в Шоушенке, в большинстве своем – тупые, жестокие чудовища. Люди, которые правят миром, лежащим за этими стенами, тоже жестоки, и тоже чудовища, разве что они не настолько тупы: планка компетентности стоит чуть повыше. Не слишком, но слегка.

Сперва вы не можете находиться среди этих четырех стен, затем понемногу к ним привыкаете, начинаете принимать их как нечто естественное...И наконец, тело ваше и сознание настолько приспосабливаются к клетке, что вы начинаете ее любить.

Черные, белые, желтые и краснокожие - в тюрьме все это несущественно, вот уж где наступает всеобщее равенство! В тюрьме каждый заключенный - негр.

Сколь много может добиться человек, если у него есть время и желание.

Мир катится всё дальше и почему-то стал торопиться.

Вспоминая прожитое, я вижу, что лучших друзей, чем тогда, когда мне было всего двенадцать, я больше уже в своей жизни не встречал. Интересно, только ли со мной так получилось?

События в человеческой жизни развиваются в трех направлениях: хорошо, плохо и ужасно. И если вы углубляетесь в кромешную тьму ужасного, все труднее становится делать какие-либо различия.

Вовсе не всегда обязательно слышать хлопок, чтобы знать, что дверь закрылась.

Вы можете припомнить старый вопрос, который обычно задают, чтобы проверить, являетесь ли вы оптимистом или пессимистом. Для Байрона Хедли ответ всегда будет одинаков: стакан полупустой. Во веки веков аминь. Если вы предложите ему стаканчик превосходного апельсинового сока, он скажет, что мечтал об уксусе. Если вы похвалите верность его жены, он ответит, что неудивительно: на эту уродину никто и не польстится.

Энди носил свою свободу как невидимый пиджак, и хотя он находился за решеткой, никогда не походил на заключенного.

«…Я восхищался им. Вместо того, чтобы ныть по поводу своих проблем, он продолжал спокойно жить, и старался сделать свою жизнь максимально приятной и интересной. Тысячи людей вокруг на такое отношение к вещам не способны, и не только здесь, но и за пределами тюремных стен…»

Такое случается сплошь и рядом: друзья приходят и уходят, а жизнь продолжается.

...не бумажка создаёт человека. И не тюрьма его уничтожает.

Любое нарушение надоевшего распорядка всегда желанно