Лето василькового цвета

— Люблю акварель за ее плавающую текстуру. Она благодаря водичке сама течет туда, куда ты ее направишь. Получаются необыкновенно воздушные рисунки, — объяснила Вера Александровна, наблюдая за моими робкими, но с каждым разом все более уверенными движениями кистью.
— Получается, весь секрет рисования в том, что нужно лишь прищуриваться и подмечать, как падает солнечный луч?
— Не совсем так. Главное — это замечать красоту вокруг, чутко разглядывать ее и впитывать в себя. Не проходить мимо творений природы, а замедляться и наслаждаться. Я обещаю, что совсем скоро твой мир заиграет новыми красками, если ты научишься видеть чудеса, созданные Богом.

— И когда ты уезжаешь? — спросил Федька, подойдя к моей калитке.
— Завтра утром папа с мамой за мной приедут, — ответила я, снимая кофту друга. — Спасибо тебе, Федь.
— Да брось, не за что!
— Я не только про кофту. Спасибо за веселые летние дни, за рыбалку с Дедом-Секретом, за приключения… Нам было так хорошо!
— Мне ведь тоже с тобой здорово было, правда! Приезжай почаще, если сможешь, — Федька взял мою холодную руку в свою.—И не мёрзни, иди домой скорее!
Я направилась к крыльцу, оглянулась и увидела, что Федька все еще стоит у забора.
— Знаешь, я все сказать хотел, — он замялся, будто слова застряли в горле. — Пиши мне, ладно? А я тебе отвечать буду, про деревню рассказывать. Мой адрес ты знаешь, а твой я у бабушки спрошу.
Я улыбнулась и зашла в дом, где уже пахло печным теплом и посвистывал старенький чайник…

Все уселись пить чай с еще горячими золотистыми пончиками. Бабушка заботливо припорошила их сахарной пудрой, рядом поставила вазочку с оставшимся с того лета смородиновым вареньем. Черные ягодки лопались на языке, оставляя кисло-сладкое послевкусие. Чай приятно согревал после утренней прохлады.
Бабушка усадила гостей за стол и вышла из кухни.
— Куда это она? — спросила Динка, дуя на горячий чай.
— Сейчас узнаешь, — дедушка хитро улыбнулся.
Вернулась бабуля не одна. В руках она держала красивую коробочку, обернутую атласной лентой. Протянула Динке:
— Ой, мы так рады, внученька, что ты приехала! Хотели с дедушкой тебя порадовать и приготовили маленький подарок.
Взволнованная девочка поцеловала бабушку и с нетерпением принялась развязывать ленту. Откинув крышку, она увидела пухленький блокнот с желтоватыми страничками, обтянутый васильковым ситцем. Посередине красовалась вышитая гладью ромашка. На пару с блокнотом в коробке пряталась самая любимая Динкина шоколадка с фундуком.
Дневник. Динка решила, что будет вести дневник летних радостей, записывать все самое интересное, происходящее с ней в родной деревне. Чем же удивит лето? Впереди три ярких, звенящих радостью месяца счастья. Живи, проживай каждой клеточкой свое неповторимое детство!

Каждый уголочек школьного фойе был согрет теплом и дарами уходящего лета. Аппетитные ароматы разбавлялись свежими струями воздуха из открытых окон. Баян торжественно и как-то по-деревенски пел в руках местного музыканта. Глаза сверкали ярче звезд на августовском небе, а ладошки хлопали от души.
Тихая тоска по лету смывалась волной трогательной радости, смеха и улыбок. Стоя рядом с нарядными бабушкой и дедушкой, глядя на знакомых и не очень мужчин и женщин, старушек и стариков, мальчишек и девчонок, я почувствовала, как сердце переполняется любовью. Это лето выдалось по-настоящему чудесным! Каждый день со мной происходило что-то хорошее, интересное, доброе.
Деревня подарила мне свои природные богатства: росистые утра и сверчковые вечера, спокойное озеро и тенистый лес… Деревня подарила мне знакомства с людьми, чьи добрые души согрели меня своим теплом.

Вот и бабушкин дом. Деревянный, уютный, родной. Свежевыкрашенная красная калитка блестит в лучах солнца, словно земляничка в прозрачном сиропе. Папа отворил её и впустил Динку. Услышав скрип, из старой будки пулей вылетел мохнатый комочек.
— Фунтик! — девочка опустилась на корточки и поставила сумку. Щенок запрыгнул к ней на руки. Влажным розовым языком он лизал Динке щеки и руки, а она звонко смеялась, жмурясь от удовольствия.
— Ой, кто это тут приехал?! — на крыльцо выскочила бабушка. Обтерла мокрые руки о карманы клетчатого передника и расплылась в улыбке. Динке всегда казалось, что солнышко и бабушка улыбаются одинаково. В ее седые букли неизменно был вставлен гребешок.
— Бабуля! — крикнула девочка и рухнула в теплые объятья. Бабушка пахла пончиками и чем-то очень родным. — Я так соскучилась!