Нечего бояться

Эссе - это прозаическое сочинение небольшого объема и свободной композиции, к коим данное произведении не относится, тема то интересная, но увы автор настолько умудрен в писательстве, что забывает о тех, для кого написано, что делает многие главы понятные лишь одному ему: проклятие знания во всей красе у автора. Начало книги гораздо более понятное и ироничное, в последних же уже даже не пытаешься следить за нитью повествования, увязанной в такие узлы, которые только разрубить. Увы такие подачи материала не для всех.

О том, как не бояться смерти.

"В красивой складной лжи, внутри которой жёсткие истины" - так Джулиан Барнс говорит о текстах своих книг, а ни только о книге «Нечего бояться». И с ним трудно не согласиться (правда, читала, я пока только одну его работу ;))

Мне «НИКОГДА» не было страшно от темы смерти, но стоит вспомнить, например, моменты, когда просто подавишься – «не в то горло попадёт» - частичкой воды: так нахлынет от кончиков пальцев до пяток, не забывая макушку головы СТРАХ этой самой СМЕРТИ, что…!!!
«Пока ты в безопасности от данной темы, почему бы и не порассуждать» - всегда думала я, иронично улыбаясь. До поры, до времени! Поэтому, есть СТРАХ, соответственно, чувство СТРАХА СМЕРТИ, как не крути.
______
Можно сказать, книга одна сплошная ложь, но открытий о смерти в ней немало. Постепенно автор знакомит читателя со своей биографией, раскрывая тайны смерти через свою семью, ситуации, вещи, которые его окружали на протяжении всей его жизни. Вводит историческую информацию. И всё это через призму иронии и тонкой грусти, от чего становится порой и смешно и печально одновременно.
Книга читается невероятно легко. Ничего не давлеет над читателем, даже выбранная тема книги.
Настолько хлёстко, но в то же время элегантно пишет автор о вещах высоких, а порой, и не совсем, что становится удивительно, как можно не знакомиться с работами автора (но это другая тема). Острые замечания и юмор покоряют, то и дело, смеешься, но над такими вещами, что раньше, задумавшись о них, с прискорбием можно было промолчать. Тонкая, ёмкая, ироничная и интеллектуальная беседа автора с читателем, от которой остаётся новый пласт информации и чувство удовлетворённости.
______
Книгу непросто читаешь, а с большим удовольствием пробуешь со всех сторон: так хотелось пропитаться смыслами каждого слова и предложения. "Нечего бояться" хотелось читать вместе с другими книгами, возвращаясь только тогда к данной книге, когда переосмыслишь прочитанное.

Встретите ли вы «рецепты» того, как не бояться смерти – да, но каждый найдёт своё – безусловно. Если интересно, если вы читали книги на данную тему ранее или ваш жизненный опыт берёт своё, вам будет проще понять автора и себя. Рекомендую ;)

Эссе о страхе смерти на самом деле раскрывает более широкий круг тем. Это не только воспоминания прошлого, но и осознание множественности интерпретаций этих воспоминаний. Это взгляд на одно и то же явление с разных ракурсов. Это и размышление о вере и бессмертии, о человеческой сути на смертном одре, который, кстати, у каждого свой. Это такой поток мыслей, который увлеченный читатель может принять за свой. Барнс в саркастической манере опровергает все избитые фразы, призванные не бояться смерти. И я согласна с каждой его строчкой. "Только вот безразличие мира редко умаляет чей-либо эгоизм. Только вот мнение Вселенной о нашей ценности редко совпадает с нашим собственным". И стоит отдать должное литературному языку Джулиана Барнса. Редко когда книга, написанная богатым и "умным" языком, читается так легко и увлекательно. Книга достойна прочтения хотя бы потому, что помогает почувствовать себя не таким уж одиноким в своих изысканиях неизбежного.
И последнее. Мне бы очень хотелось прочитать мысли этого автора еще лет эдак через десять (учитывая, что сейчас ему 74). Так что "конец", поставленный им самим в своей книге, был бы не таким уж окончательным...

Я не читала Барнса до этого, но слышала много хорошего. Поэтому решила рискнуть и познакомиться сперва не с Барнсом - писателем-романистом, а с Барнсом - эссеистом. И рассуждала я примерно так: "Уж если мне зайдет эссе о смерти, то романы явно не будут хуже".
В общем-то это масштабное размышление о том, о чем не принято говорить: о смерти. А еще о том, связаны ли религия и искусство, насколько истинны и фактографичны наши воспоминания, связан ли страх перед смертью с потребностью в творческом самовыражении и шире необходимостью оставить что-то после себя, своего рода заявление "и я здесь был".
Это эссе не содержит никаких ответов, оно не утешает. Это, повторюсь, всего лишь размышление о том, о чем все мы, наверное, время от времени думаем, но молчим. И знаете, в этом случае книга оказывается прекрасным собеседником.
P.S. Кроме явного автобиографизма и философских размышлений, в книге полно отсылок к жизни (и смерти) других деятелей искусства, таких как Флобер, Ренар, Тургенев, Шостакович и др.

Впечатляющее философское эссе о смерти, рассматривающее с разных углов с юмором, и даже едкой иронией, старение и уход из жизни. Много забавных и грустных историй связанных со смертью и размышлениями о смерти известных людей.
Для меня книга стала очень близкой и личной, потому что в процессе ее чтения умер дорогой мне человек.

"Когда я задаюсь вопросом: "Почему смерть происходит со мной?"- то могу лишь поаплодировать насколько резкому, настолько и блестящему ответу теолога Джона Боукера: "Потому что с тобой происходит Вселенная"."

"Для меня смерть — это вызывающий ужас факт, тем не менее во многом определяющий жизнь; и если вы не научитесь постоянно помнить о нем, едва ли вы поймете, что такое жизнь; только когда мы понимаем, единственно осознанием, что дни вина и роз сочтены, что вино скиснет, а розы, пожухнув в вонючей воде, будут выброшены — в итоге вместе с вазой, — создается нужный контекст для восприятия удовольствий и удовлетворения интересов на пути к могиле. "

Мысли по поводу недавно дочитанной книги Джулиана Барнса «Нечего бояться»: наверно, иметь ее в библиотеке - неплохая идея для кого угодно. Атеистам - повод поразмышлять о Боге и смерти под новыми углами, агностикам - с удовольствием послушать себе подобного, верующим - понять, что может твориться в мечущемся сознании неверующего человека. Поклонникам Барнса - порадоваться старому доброму Барнсу. Незнакомым с его творчеством - ну, возможно, я бы и не советовала эту книгу для знакомства, но если понравится она, то, скорее всего, многие его романы также зайдут.

А сознание действительно мечется. Книга пишется, когда автору 60, и он явно не рассчитывает прожить еще столько же, а смерть его пугает, и почему бы не написать книгу в качестве аутотерапии, тем более если умеешь писать? Здесь постмодернизм во всей красе: личные биографические заметки идут параллельно с историями из жизни [и о смерти] французских писателей (Золя, Ренар, Гонкуры), в них вплетается много цитат, размышлений и вопросов - наверно, и таких, какие вам и не приходили в голову. Он пытается дать шанс разным теориям, как мистическим, так и сугубо научным, ничего ему не нравится, ничего не утешает, не успокаивает, все подвергается ироничному разбору и отметанию как что-то, что помогает другим, ну и молодцы они, а у меня на все есть контраргумент, выкусите.

И все-таки, старый добрый Джулиан! Умел же преподнести замшелые анекдоты о не самых приятных людях, и сделать из этого текст, за который не стыдно. А то как вспомню этого последнего мужика в красном халате, так вздрогну. В общем, читайте, а мне еще «Метроленд» предстоит и «Англия, Англия».

Джулиан Барнс — олицетворение британской литературы XX века, несмотря на то что его главное социальное достижение — он стал лауреатом Букеровской премии — произошло всего десять лет назад. Но за эти десять лет она существенно изменилась, прежде всего была переформатирована сама премия: теперь ее присуждают англоязычным писателям вне зависимости от их гражданства, а следовательно, и американцам тоже. Литературная Британия перестала быть островом, ведущим обособленное от всего мира существование. Она стала куда более многонаселенной и смогла выпестовать за это десятилетие двух нобелевских лауреатов: Кадзуо Исигуро и Абдулразака Гурна. Оба — воплощение всемирных ожиданий от британской литературы нового времени и того стандарта, какому сама пытается соответствовать. Барнс же для него слишком старомоден. И пусть эту его примечательную особенность пока не в состоянии оценить Нобелевский комитет, есть и другие литературные премии.

В «Нечего бояться» Джулиан Барнс обобщает личный опыт наблюдений за смертью: она притягивает его как предел, за которым ничего не происходит. И он мучительно пытается осознать этот парадокс человеческой жизни — как возможно такое: человек жил, жил и вдруг умер. У писателя это происходит несколько по-другому, и это один из микросюжетов в «Нечего бояться»: ему предстоит пережить не только физическую смерть, но и интеллектуальную. Ведь рано или поздно наступит момент, когда его книгу откроет последний читатель. Откроет, прочитает, закроет и по каким-то причинам никому не посоветует прочитать. Писатель заранее негодует по сему поводу, но это не более чем игра: он всего лишь допускает существование последнего читателя, но представляет его себе с трудом. И обозначает таким образом свой едва ли не основной мотив для написания текстов. Он хочет не так уж много: всего лишь бессмертия. И пусть это будут просто вышедшие из его ума сочетания букв и слов, отражающиеся в уме читателя, но и это не так уж мало.

Джулиан Барнс, как и многие в XX веке, предпочел посвятить жизнь поклонению литературе, музыке и живописи, полагая, что именно в них заключена та самая мистическая реальность, неподвластная разрушительной силе времени. И настоящие боги — те, кто ее создает: писатели, композиторы, художники. Джулиан Барнс и сам один из этих богов, во всяком случае хотел стать таковым, но на этом пути его настигает неуверенность в себе: что же будет, когда читатели, которые у меня есть сейчас, умрут и не смогут передать любовь к моим книгам следующим поколениям? И тогда храм, возведенный его собственными интеллектуальными усилиями, однажды окажется пуст, и в этой пустоте растворится мир, созданный силой его воображения. Именно это имеет в виду автор, когда представляет себе последнего читателя. Он так долго обустраивал своими текстами идеальное пространство, куда хотел выскользнуть после смерти и там остаться, но вдруг осознал, что и оно может оказаться конечным.

В «Нечего бояться» автор признает превосходство над собой силы времени и одновременно продолжает ему сопротивляться, но выходит на поединок с ним не в одиночку: помещает в текст людей, в том числе родителей, у которых не будет другого шанса не раствориться в вечности, и здесь же признается, что ему не свойственно ходить на их могилы. Куда чаще он посещает могилы выдающихся деятелей литературы и других видов искусств, тем самым подтверждая тезис, что творчество — намного более эффективный способ привлечь к себе внимание после смерти, нежели рождение и воспитание детей. За исключением одного случая — если один из них вдруг окажется популярным писателем и поместит вас в собственную книгу. Тогда вы получите свою порцию долголетия. Пусть даже при этом он не будет ходить на вашу могилу.

"Возможно, главная граница проходит не между верующими и неверующими, а между теми, кто боится, и теми, кто не боится смерти. Следовательно, мы делимся на четыре категории; понятно, какие две считают себя выше других: те, кто не боится смерти, потому что у них есть вера, и те, кто не боится смерти, несмотря на отсутствие веры. У этих групп нравственный приоритет. На третьем месте те, кто, несмотря на наличие веры, не может избавиться от древнего примитивного рационального страха. А уже за ними, без медалей, без права голоса, в глубокой заднице те из нас, кто боится смерти и не имеет веры."
Рассуждения Джулиана Барнса о вере и смерти на опыте своей семьи, биографии известных людей.