Бандитские стихи

A few weeks later, in the wood,
I came across Miss Riding Hood.
But what a change! No cloak of red,
No silly hood upon her head.
She said, "Hello, and do please note
My lovely furry wolfskin coat."

The small girl smiles. One eyelid flickers.
She whips a pistol from her knickers.
She aims it at the creature's head
And bang bang bang, she shoots him dead.

As soon as Wolf began to feel
That he would like a decent meal,
He went and knocked on Grandma's door.
When Grandma opened it, she saw
The sharp white teeth, the horrid grin,
And Wolfie said, "May I come in?"
Poor Grandmamma was terrified,
"He's going to eat me up!" she cried.
And she was absolutely right.
He ate her up in one big bite.
But Grandmamma was small and tough,
And Wolfie wailed, "That's not enough!
I haven't yet begun to feel
That I have had a decent meal!"

Ah, Piglet, you must never trust
Young ladies from the upper crust.
For now, Miss Riding Hood, one notes,
Not only has two wolfskin coats,
But when she goes from place to place,
She has a PIGSKIN TRAVELING CASE.

A short while later, through the wood,
Came striding brave Miss Riding Hood.
The Wolf stood there, his eyes ablaze,
And yellowish, like mayonnaise.
His teeth were sharp, his gums were raw,
And spit was dripping from his jaw.
Once more the maiden's eyelid flickers.
She draws the pistol from her knickers.
Once more she hits the vital spot,
And kills him with a single shot.

"My darling Pig," she said, "my sweet,
That's something really up my street.
I've just begun to wash my hair.
But when it's dry, I'll be right there."

The animal I really dig,
Above all others is the pig.
Pigs are noble. Pigs are clever,
Pigs are courteous. However...

Тут Волк умолк: крадясь как мышка,
он третий усмотрел домишко.
Внутри был виден порося,
укрывшийся от всех и вся.
И был тот Третий Поросёнок
мечтой ночей его бессонных:
огромный, толстый и — ничей.
Но дом имел из КИРПИЧЕЙ.

...потом — откуда только сила? —
час-полтора дитятю била,
используя — тут без вопроса —
толстенный шланг от пылесоса.

Ах, поросята, бога ради,
не доверяйте юным леди
с неистовым огнём в очах,
в двух волчьих шубах на плечах
и с модной сумкой... — не иначе,
ИЗ ТОЛСТОЙ КОЖИ ПОРОСЯЧЬЕЙ!

«Хэллоу! — та говорит. — Привет!
Вы Поросёнок? Или нет?»
«Я Поросёнок! Но прошу
помочь мне, как... как корешу!»

«Порося, порося, открывай, я тут!»
«Ни за что, ни за что, мои голяшки пропадут!»
«А я дуну, а я плюну — всему домику капут!»

Пока я всё это писал,
придумал я другой финал.
Заплакал Мишенька: «Ах, нет...
Где ж каша?» — а отец в ответ:
«Сходи наверх, не поленись, —
там каша, в брюхе спящей мисс.
А чтобы в брюхо к ней не лезть,
ту мисс ты тоже можешь съесть».

— Хочу на бал!
Там танцы-шманцы, трали-вали...
Меня не звали: я в подвале!

Из всех животных я ценю

особенно, пардон, свинью.

И так им каждый день чем свет

давало зеркальце совет;

они не знали чувства меры

и сделались миллионеры.

Азартная игра не грех,

когда обыгрываешь всех.

А мать ему: «И я о том!

Ты ведь не мылся перед сном,

тебя почуешь из-за туч:

что англичанин — и вонюч!

Я тоже морщусь всякий раз,

как будто ты не сын, а… газ».

Вздохнула Фея: «Ей-же-ей!» —

махнула палочкой своей,

и Синди, через щель в полу,

вмиг оказалась на балу.