Я всегда хотела выбраться из мира, в котором родилась, из этого гребаного, жестокого мира, который я знала, но в этот момент я приняла решение попытаться сбежать. Чего бы это ни стоило, и что бы мне ни пришлось сделать, я выберусь из этого ада. Как кто-то мог захотеть остаться, когда увидел это?
Я знала, что люди привыкают к таким вещам, но я не хотела к ним привыкать. Я уже могла сказать, что у меня было меньше проблем с кровью каждый раз, когда я ее видела. Сколько еще времени пройдет, прежде чем вид человека, которого пытают, ничего для меня не изменит? Сколько еще пройдет времени, прежде чем голос в моей голове, который сказал, что русский ублюдок заслужил это и сделал бы то же самое со мной, если бы ему дали шанс, не будет тихим шепотом, а станет ревущим криком?