Folk med ångest

— Мы с Кнутом были женаты всегда. К старости так и бывает. Время до женитьбы просто перестает существовать.

Юлии понравился этот ответ.

— И каково это, столько лет прожить в браке? – спросила она.

— Сражаемся изо всех сил, – прямодушно ответила Эстель.

Это Юлии понравилось меньше.

— Звучит не так романтично.

Папы должны объяснять своим сыновьям, как устроен мир, ведь в ту секунду, как мы перестаем это делать, уже не дети находятся под нашей ответственностью, а мы переходим под их.

Они, как обычно, оказались по разные стороны одного письменного стола, лишь наполовину прикрытые каждый своим монитором, ведь работа полицейского сегодня всего на одну десятую состоит из собственно полицейской работы, а в остальном – из описания того, как он ее выполняет.

«Бог не может защитить от ножа, сынок. Для того он и создал людей – чтобы они сами защищали друг друга».

В глубине души все хотят быть хорошими. Добрыми. Проблема только в том, что не все могут быть добрыми по отношению к идиотам, потому что идиоты есть идиоты. Для Нади, как и для многих других, это стало делом всей жизни.

Получается, что, работая сверхурочно, вы сами и разрушили свою семью

...если падаешь давно, то перестаешь видеть разницу между падением и полетом.

Сидя на плечах у родителей, маленькие дети открывают для себя мир. Когда они подрастают, то, стоя на плечах у родителей, они могут дотянуться до облаков. Они могут уткнуться в плечо, если стоят перед выбором и сомневаются. Они верят нам, и это непосильная ответственность, ведь они не понимают, что мы сами ничего не знаем об этом мире.

С тем, кто способен тебя рассмешить, можно прожить всю жизнь.