Gloria in Excelsis

Gloria in Еxcelsis означает «слава в вышних…». Слава в вышних кому бы там ни было, что в этой книге не тысяча страниц, потому что творческая задумка автора позволяла их настрочить, а читать даже вполовину меньший объем было безотрадно. Не так уж плохо, не так уж скучно, совсем не бесполезно, а именно безотрадно на полную катушку.

Миленко Ергович потратил десяток лет на написание сложнейшего романа, и надо отдать ему должное, что текст вышел с технической стороны безупречный. Три линии повествования, одновременно и совершенно различные, и неуловимо скрепленные вместе общими мотивами — потери дома и мелким ужасом человеческого существования. Автор мастерски обращается со временем. В далеком прошлом оно течет с широким размахом, годы легко сменяют друг друга, но единая история при этом не распадается и не отклоняется от своего русла. Во второй истории время разменивает недели и месяцы, но кажется, что стоит на месте. Последняя часть, самая напряженная и тонкая, погружает нас с головой в то особое состояние измененного сознания, когда в чрезвычайной опасности всё вокруг двигается как в замедленной съемке. Каждая секунда длится вечность, но и в нее можно вместить целые миры. Я бы посоветовала начинающим авторам обратить внимание на эти техники, не все же по Достоевскому учиться работать со slow-motion в литературе.

Малоизвестный у нас балканец очень любит рассказывать истории. Это и сильная сторона его, как автора, потому что он делает это к месту, а не когда приспичит, но одновременно и слабость. В какой-то момент начинаешь просто задыхаться, теряясь между всеми этими простодушными хорватами, боснийцами и турками с их печалями и радостями, огородиками и шкапиками, родственниками и друзьями. Какая-то бесконечная свадьба: вот и приезжают Шимуны и Йожефы десятками за читательский стол, а автор торопливо бубнит нам в ухо — вот это внучатый племянник троюродной тетки, которая повесилась на колокольне в праздничный день, а вот это лучший друг человека, который мог бы быть ее отцом и сорок лет назад он на лошади задом наперед катался, а это маленький Ахмет, у которого в четыре года уже стеклянный глаз. Этих троих я выдумала для примера по образу и подобию, настоящие истории в одно предложение не уложишь. Идея замечательная: мир состоит не из глобальных проблем, а из частных суетных неприятностей, которые усугубляются на фоне общей беды. Любое общество соткано из тысяч «маленьких людей», и на их плечишках все и держится. Хорошо бы было, если б они смогли проявить братские чувства и в едином порыве преодолеть любые трудности, но это недостижимый идеал. В реальной жизни они просто толкаются друг с другом, гадят по мелочи, помогают тоже по мелочи, а нас, читателей, своим обилием и мимолетностью могут откровенно раздражать.

Перед прочтением желательно освежить познания об истории Хорватии и Боснии — или даже не освежить, а получить их впервые, потому что в среднем по больнице мы знаем о братских славянских народах до обидного мало. Пары статей в Википедии вполне хватит, а остальное Миленко Ергович и сам объяснит. Мне кажется, книга может быть любопытна всем, кто хочет ощутить атмосферу настоящих Балкан, не искаженную магическим восточнославянским реализмом.

Книга прочиталась с интересом - я люблю страноведение, а про Балканы давно ничего не читала и с тамошней культурой знакома мало, поэтому повествование Ерговича, довольно объемное и монументальное, оказалось очень познавательным с точки зрения боснийско-хорватской культуры, особенностей и истории. Страна обрела независимость только после Первой мировой, ее знатно поволтузило в межвоенный и военный период, а после распада СССР она тоже развалилась на составные части по национальному признаку (ныне на территории бывшей Югославии находятся семь независимых государств).

В романе три автономные линии, разделенные во времени и композиционно тоже искусно уложенные в разный временной охват. Записки монаха-францисканца из 18 века, когда полуостров еще находился под османским владычеством и на восстановление сожженного монастыря требовалось разрешение турецкого султана, занимают промежуток в два года и все это время монахи добивались этого самого разрешения (за это время их и обманывали, и власть менялась, и в монастыре происходили пертурбации). Хорватский летчик, перебежавший на сторону союзников и в составе британских ВВС бомбивший родное Сараево в апреле 1945го страдает и казнится из-за этого пять месяцев, вспоминая свою жизнь и что его привело к такому исходу. Глазами коменданта бомбоубежища в Сараево, важного человека, который знает все, всех и обо всех, мы видим всего лишь час времени, но это самый страшный час, когда жизнь висит на волоске и человек думает, что еще он не успел сделать, что нужно сказать, а какие сведения лучше унести с собой в могилу.

Основные линии плотно насыщены пунктиром маленьких историй из жизни монахов, друзей, членов семей и соседей. Люди разного происхождения, разных вероисповеданий, жили испокон веков все вместе на маленькой территории, и из-за этих разделений по тому или иному признаку время от времени вспыхивала - и продолжает вспыхивать - резня. А этим умело пользовались сначала колониальные правители, а потом и большие идеологи. И вроде как если смотришь в микроскоп на действия одного маленького человека, то ситуативно и с точки зрения своей жизни он, возможно, и прав, рыба ищет где глубже, человек - где лучше, но если рассматривать это в историческом контексте, то грустно оттого, что человек человеку волк по надуманным причинам, корни которых уже никто и не помнит да и в современном мире они не очень-то важны.

Это точно не легкая история с линейным сюжетом или пусть тремя, за которыми легко следить - нет, это огромное полотно с кучей вписанных маленьких историй, и читать тут лучше вдумчиво, неспешно, с карандашиком, благо, у меня такая возможность просидеть с книгой два дня, особо больше ничего не делая, образовалась. Центральная тема, как мне кажется - незнание людей о других культурах, стереотипы, разжигающие рознь, неспособность договориться и вечные обиды на соседей. Может быть, бог на небесах всех рассудит, а пока мы здесь, имеем что имеем.