Пять оттенков красного
«Красные» Евгения Матонина и «Легенды Белого дела» Вячеслава Бондаренко образуют в серии ЖЗЛ условную анти-дилогию о разных полюсах политических и военных сил, противоборствовавших в России более века назад. Однако если «Белые» посвящены военачальникам — белогвардейским генералам, то героями «Красных» стали не полководцы, а партийные и государственные деятели молодой Советской России. Каждый из них является характерным представителем различных оттенков «красной идеи» — «от бледно-розовых до кроваво-красных и багрово-чёрных», в сумме способных дать читателю стереокартинку.
Другая особенность книги заключается в том, что в ней представлены не привычные нам биографические очерки, в которых прослеживался бы весь жизненный путь выбранных автором героев, а, скорее, их политические портреты на фоне основных этапов эволюции «красной идеи» в период с конца XIX века до начала Великой Отечественной войны, с анализом их места и роли в описываемых событиях. Примечательно, что все персоналии сборника являются «старыми» большевиками, которых вершивший их судьбы И. В. Сталин называл ушедшим в историю, «отжившим типом вождей-литераторов».
Так, Владимир Александрович Антонов-Овсеенко (1883–1938) — «человек, который брал Зимний» (именно так называется очерк о нём) — не стал символом Октябрьской революции, хотя сыграл в ней не последнюю роль. У него была классическая для революционера «первого призыва» биография — с арестами, тюрьмами, смертными приговорами, дерзкими побегами, политическими колебаниями и расстрелом в годы Большого террора. Будучи подпоручиком царской армии, направленным на Русско-японскую войну, Овсеенко дезертировал, чтобы заниматься агитационной работой. Вместе с Тухачевским подавлял «антоновщину» в Тамбовской губернии, подписывая жестокие по отношению к мирному населению приказы, причём «прологом» к крестьянской войне послужила не в меру активная деятельность командированного туда ранее самого Антонова-Овсеенко, в итоге ставшего разменной монетой в борьбе сталинской группировки с троцкистско-зиновьевской оппозицией.
Леонид Борисович Красин (1870–1926) был из тех большевиков старой ленинской гвардии, которых отличали образованность, интеллигентность и франтоватость. Как его только не называли — «красный лорд», денди, джентльмен... Впрочем, хорошие манеры не мешали ему «выкачивать» деньги из знаменитого «миллионщика» Саввы Морозова (и, по одной из версий, быть причастным к его гибели), разрабатывать хитроумные планы «большевизации» наследства его племянника Николая Шмидта, руководить совершавшими крупные «эксы» боевиками и подпольными химическими лабораториями по изготовлению и усовершенствованию бомб, параллельно строя успешную «буржуазную» карьеру инженера. С годами Красин стал директором московского филиала знаменитой электротехнической компании «Сименс-Шуккерт» и одновременно управляющим пороховым заводом Барановского.
Одним из его подопечных был легендарный Камо (1882–1922), о котором в 1974 году в серии ЖЗЛ уже выходила отдельная книга за авторством исследователя закавказского большевизма Ильи Дубинского-Мухадзе. Симон Аршакович Тер-Петросян (именно так звали известного на всю Российскую империю экспроприатора) — один из самых неоднозначных матонинских персонажей: «человек действия и необычайного мужества, бесстрашный боевик, а если посмотреть под другим углом зрения, то — разбойник, грабитель, уголовник и террорист» (стр. 191). Пережитых им приключений и успешно осуществлённых налётов с лихвой хватило бы на десятки романов и кинолент. «К каким из них точно имел отношение Камо, сказать сложно. Легенды и слухи приписывают ему участие чуть ли не во всех налётах и ограблениях, которые происходили в Тифлисе и его окрестностях», — подмечает автор (стр. 212). Он виртуозно уходил от погони под носом у жандармов, а если всё же попадался, то вскоре сбегал самым фантастическим образом. После революции навыки Камо пригодились при организации одного из первых диверсионно-разведывательных отрядов в деникинском тылу и выполнении секретных иностранных миссий по личному поручению Ильича. При всей его насыщенной приключениями жизни, когда он в прямом смысле слова ходил по лезвию ножа, гибель Камо была настолько до обидного банальной, что тут же обросла всевозможными домыслами и легендами. Самая распространённая из них гласит, что Камо «заказал» его старый приятель Коба, о котором начавший писать откровенные мемуары боевик знал слишком много «неудобного»...
Похожие слухи окружают трагическую смерть другого героя сборника — многоликого Александра Александровича Богданова (Малиновского) (1873–1928) — одного из основателей большевистской партии, создателя Пролеткульта, теоретика марксизма, видного философа, руководителя боевой технической группы, медика и писателя, чьи научно-фантастические романы о марсианах-коммунистах стали классикой жанра. Казалось, он расходился с Лениным по всем пунктам. Так, вопреки пораженческим лозунгам Ильича, Богданов пошёл на Первую мировую войну врачом, где своими глазами увидел, сколько тысяч раненых можно было бы спасти методом переливания крови. Одержимость «антиленинского большевика» этой идеей привела к созданию им Института переливания крови — прогрессивного научного учреждения, не имевшего в те годы аналогов и придавшего сильный импульс развитию советской трансфузиологии. Российская служба переливания крови, у истоков которой стоял неистовый «коммунист с Марса», стала одной из лучших в мире, а носящий его имя институт существует и поныне.
Была здесь и странная для современного читателя идеологическая подоплёка, ведь таким методом Богданов мечтал сделать всех людей братьями по крови, без чего, по его убеждению, было бы невозможным построение общества всеобщего равенства и братства. В рискованных экспериментах по переливанию крови он принимал непосредственное участие, и один из них стал для него роковым. Как и после гибели Камо, после смерти Александра Александровича будто бы шептались, что приказ «отправить его на покой» был спущен одной из сотрудниц института с Кремля. Впрочем, это не более чем домыслы падких до конспирологических теорий перестроечных публицистов.
Путь на эшафот последнего героя книги — первого «красного президента» Советской России, «лорд-мэра» Москвы, основателя и первого директора Института Ленина, «либерала» и мецената Льва Борисовича Каменева (Розенфельда) (1883–1936) — изучен и описан историками досконально, поэтому нет необходимости останавливаться здесь на нём подробно. Отмечу лишь, что очерк о Каменеве (самый объёмный в книге!) в равной степени посвящён его «политическому близнецу» Григорию Зиновьеву, с которым они делили на двоих свои идеологические колебания, оппозиционные выступления, судебный приговор и последние минуты жизни.
«Что же объединяет столь непохожих друг на друга людей?» — вправе спросить читатель. Ответ лежит на поверхности: «Они приложили много сил для того, чтобы в России на несколько десятилетий победила «красная идея». Всем им это стоило жизни. По разным причинам, в различных обстоятельствах, но — стоило».
Рецензия на книгу Вячеслава Бондаренко «Легенды Белого дела» в серии ЖЗЛ: https://www.livelib.ru/review/2800426-legendy-belogo-dela-vyacheslav-bondarenko#comments
72 понравилось
