Философские исследования

"Своим сочинением я не стремился избавить других от усилий мысли. Мне хотелось иного: побудить кого-нибудь, если это возможно, к самостоятельному мышлению", – так точно, емко и просто сформулировал свое кредо ученого Людвиг Витгенштейн в предисловии к "Философским исследованиям" – работе, оказавшей огромное влияние как на аналитическую философию, так и на философию постмодернизма. В ней он попытался развить идеи, изложенные им в "Логико-философском трактате", и вновь избрал объектом своего изуче...

Жанры

Купить эту книгу

Электронная

479 ₽384 ₽

Купить-20%

Рейтинг LiveLib

4,1

95 оценок

5
45%
4
33%
3
17%
2
4%
1
1%

Ваша оценка

Прочитали 126Хотят прочитать 621

Рецензии

katt-kult00712 октября 2020 г.
Зрелая методология
Концепция где "язык как игра" соответственно "жизнь как игра", оказали сильнейшее воздействие на философию и гуманитарные исследования XX столетия. (важно)
Книгу взяла ради интереса, возможно меня завлекло "создание теории построения искусственного "идеального" языка, основанного на языке математической логики"..или ещё один философ. Этим я хочу охарактеризовать себя, как читателя весьма не заурядного и интересующегося дебрями.
Книга монотонная, пока вы не подхватываете Игру в логическую цепочку. Примеры весьма просты и последовательны. Наиболее поражает, как (почему, из-за чего, зачем, в чем смысл)) автор решил об этом начать думать.
Мы уже живём по языковым правилам, и вот он отматывает назад.. и начинает выяснять откуда взялась А.., затем В+С=D. Как мозг додумывает происходящее, если А и B,C,D.. это общеизвестные понятия, или вещи в нашей жизни. Как мы понимаем последовательность, как доносим другому человеку о своих желаниях, как тот "другой" понимает, что мы именно это имеем ввиду...
Интересно.
Каждый последующий шаг, с обсуждением вопроса пронумерован. Можно остановиться и обдумать, или перечитать, законченные объяснения. Из минусов верстки: Не хватает визуального разделения пробелами, после каждого вопроса.

"Рассмотрим иной случай.
Когда я говорю: "N мёртв", тогда что-то наподобие следущего может быть связано со значением имени "N": Я верю, что жил некий человек, которого я (1) видел в таких-то и таких-то местах, который (2) выглядел так-то (изображение), (3) делал то-то и то-то и (4) носил имя "N" в общественной жизни.
Если спросят, что я подразумеваю под "N", я должен перечислить всё или часть этих характеристик, причем по разным поводам разные.

Таким образом, моё определение "N", возможно, будет "человек о котором верно всё сказанное". - Но если что-то окажется ложным? - Готов ли я признать суждение "N мертв" ложным, пусть ложными, как выяснится, будут лишь второстепенные для меня подробности? Но где пролегают границы второстепенности? -Дай я определение имени в таком случае, мне бы следовало его изменить."

Если это не из профессиональной вашей деятельности, то читать постепенно и время от времени, оч полезное занятие. Советую всезнайкам и просто интересным ( и интересующимся) людям.
Читать далее
19
1,5K
MariyaEremenko10 апреля 2018 г.
Знаменитый австрийский философ, представитель аналитической логики, Людвиг Витгенштейн считал, что базовой единицей языка и мышления является не объект, а предложение. Если попытаться описать суть его философии простым предложением, то оно будет выглядеть так: Философии Витгенштейна свойственна парадоксальность. И это неудивительно, поскольку язык и текст отражают картину мира и образ мышления человека. Парадокс – это слово, описывающее не только мышление, но и личность Л. Витгенштейна. Ведь это он – логик, никогда не читавший Аристотеля.
Рецензируемая книга относится исследователями к позднему этапу творчества австрийского философа и представляет собой плод многолетних раздумий и рефлексий над собственной философской системой, именуемой аналитической логикой. Здесь Витгенштейн прямо заявляет свое кредо: «Чему я хочу научить – так это переходить от неявной бессмыслицы к бессмыслице явной». В данном случае речь идет о попытке понять и описать «языковую игру», то есть те коммуникативно-понятийные стратегии, которые используют люди для выражения своих мыслей, эмоций, желаний, убеждений и пр. Попробуем и мы разобраться в том, что это такое.
Как известно, ни одно понятие или явление не может существовать без своей противоположности, ибо мир, данный человеку в ощущениях, строится на антиномиях. Стало быть, если существует бессмысленность, то существует и смысл, иначе мы не могли понять и определить бессмысленное. Критерием смысла Витгенштейн объявляет логику. Все, что нарушает логические законы или порядок, считается бессмысленным. Но в ходе размышлений и наблюдений над языком Витгенштейн обнаруживает, что большая часть предложений или, в терминах лингвистики, высказываний оказывается бессмыслицей.
В книге «Философские исследования» Витгенштейн приходит к пониманию, что язык – система развивающаяся, а значит противоречивая. Понятие «языковой игры» призвано объяснить эту противоречивость и дать пытливому уму инструмент познания структуры языка, а значит, и мира, поскольку в философской системе Витгенштейна язык суть репрезентация мира.
Данная книга представляет собой набор методов и приемов, но никак не стройную теорию. Этому способствует и форма книги – записи и рассуждения. Записи, сделанные для себя, несобранные в единое логическое, обдуманное повествование побуждают читателя к со-размышлению, со-творчеству. Витгенштейн приглашает к диалогу, ибо многолетние наблюдения убедили его в том, что языковая игра говорящего и языковая игра воспринимающего сильно различаются. Тем не менее, пометки и записи для себя позволяют следить за ходом мысли австрийского философа, движущейся от внешней невозможности уловить точный смысл предложения до понимания внутренней логики каждой языковой игры и системы.
«Совершенно верно, что автомобили не вырастают из земли», - афористично замечает Витгенштейн в одной из своих предыдущих работ. Так же совершенно верно, что из ничего ничто не рождается, и так же верно, что осмысленным высказывание делает не структура, а интенция говорящего, его осознанность. «Если, например, кто-то говорит, что предложение «Это здесь» (причем показывает на предмет перед собой) имеет для него смысл, то ему следует спросить себя, при каких особых обстоятельствах фактически пользуются этим предложением. При этих обстоятельствах оно и имеет смысл», - пишет Л. Витгенштейн. Пользуясь математической терминологией, можно утверждать, что смысл – это переменная, зависящая от задачи адресанта и условий адресата или реципиента. Все эти понятия включаются Витгенштейном в комплекс языковой игры, объясняющей изменчивость и неустойчивость системы. Своей задачей австрийский философ видит расчистку «почвы языка» от границ заданности и непонимания. На этом пути всякого, в том числе и самого автора, ждут сомнения, которые есть «плод непонимания» (Витгенштейн). Однако теория языковых игр Людвига Витгенштейна оказала большое влияние не только на философию, но и лингвистику, став базой для основы лингвистической философии.
Несомненно, что труды выдающегося австрийского философа следует читать уже подготовленному читателю, ибо, как заметил в предисловии сам автор, маловероятно, что книга «внесет ясность в ту или иную голову».
Читать далее
12
1,9K
Bookprosvett24 сентября 2022 г.
видео обзор
11:53
11
839

Все рецензии

Цитаты

DavidBadalyan18 сентября 2022 г.
достоверное понимание возможно лишь в том случае, если сперва усомниться во всем, в чем можно усомниться, а затем устранить все эти сомнения
15
2,2K
Zlmrfi28 июля 2017 г.
В связи с этим сюжетом мы вдумываемся в наш собственный способ выражения, но не понимаем, неверно истолковываем его. Философствуя, мы уподобляемся дикарям, примитивным людям, которые слышат выражения цивилизованных людей, дают им неверное толкование и затем извлекают из своего толкования пространные выводы
5
1K
phaneron24 июля 2013 г.
Когда я говорю: "N мертв", тогда что-то наподобие следующего может быть связано со значением имени "N": я верю, что жил некий человек, которого я (1) видел в таких-то и таких-то местах, который (2) выглядел так-то (изображения), (3) делал то-то и то-то и (4) носил имя "N" в общественной жизни. - Если спросят, что я подразумеваю под "N", я должен перечислить все или часть этих характеристик, причем по разным поводам разные. Таким образом, мое определение "N", возможно, будет "человек, о котором верно все сказанное". - Но если что-то окажется ложным? - Готов ли я признать суждение "N мертв" ложным, пусть ложными, как выяснится, будут лишь второстепененные для меня потробности? Но где пролегают границы второстепенности? - Дай я определение имени в таком случае, мне бы следовало теперь его изменить.
И это может быть выражено так: я употребляю имя "N" без фиксированного значения. (И его употреблению это причиняет столь же малый урон, как столу то обстоятельство, что он стоит на четырех, а не на трех ножках и потому иногда покачивается.)
Следует ли говорить, что я употребляю слово, значение которого не знаю, и потому изрекаю бессмыслицу? - Говори что пожелаешь, пока это не мешает тебе воспринимать факты. (А когда ты их видишь, многого уже не скажешь.)
(Неустойчивость научных определений: что сегодня считается наглядным проявлением феномена, завтра будет использоваться для его описания.)
<...>
Попытайся кто-либо сформулировать тезисы в философии, было бы невозможно их обсуждать, потому что все бы с ними согласились.
<...>
Итак, занимаясь философией, оказываешься в положении, когда хочется издать некий нечленораздельный звук.
<...>
Какова твоя цель в философии? - Показать мухе выход их мухоловки.
<...>
Я произношу предложение: "Сегодня погода просто чудесная"; но ведь слова суть, в конце концов, произвольные знаки - и давай подставим вместо них "abcd". Однако, прочитав это, я не могу мгновенно соотнести фразу с вышеупомянутым смыслом. - Я не привык, можно сказать, говорить "a" вместо "сегодня", "b" вместо "погода" и т.д. Но я не имею в виду, что не привык создавать прямые ассоциации между словом "сегодня" и "а", лишь что не привык употреблять "а" вместо "сегодня" - то есть в смысле "сегодня". (Я не овладел этим языком.)
<...>
Предположим, я произнес "abcd", имея в виду "Сегодня погода просто чудесная". Произнося эти знаки, я располагал опытом, свойственным обычно тому, кто из года в год употребляет "а" в значении "сегодня", "b" в значении "погода" и так далее. - И значит ли "abcd" теперь: сегодня погода просто чудесная?
Каков должен быть критерий того, что я переживаю именно это?
<...>
"Воля" - не имя какого-либо действия и не имя какого-либо произвольного акта. И употребеление неправильного выражения проистекает из нашего желания считать воление непосредственным беспричинным вызыванием. Вводящая в заблуждение аналогия лежит в основе этого представления; причинная связь кажется установленной неким механизмом, соединяющим две части машины. Связь можно разрушить, если сломать механизм. (Мы думаем лишь о поломках, обычно свойственных механизмам, а не, скажем, о внезапном размягчении зубчатых колес или о том, что они протыкают друг друга, и так далее.)
<...>
Деяние само по себе, кажется, не обладает опытом. Оно выглядит как бы непротяженной точкой, острием иглы. И это острие будто бы и является тем, кто действует. А все явления, происходящие в мире, суть лишь следствия этого действия. Слова "Я делаю" словно имеют определенный смысл отдельно от всего опыта.
<...>
То, что прежде всего описывает наш язык, есть картина. Как следует поступить с картиной, как следует ее использовать, по-прежнему неясно. Вполне очевидно, однако, что ее нужно изучить, если мы хотим понять смысл того, что говорим. Но картина, кажется, избавляет нас от этой работы: она уже указывает на конкретное использование. Так она принимает нас в себя.
Читать далее
3
801