Нью-Йорк

Небольшие деньги можно делать, не залезая в политику, но для больших надо купить закон.

Ты сможешь изменить мир, если готов представить что-нибудь лучше. Ты должен вообразить.

Почти забавно, если вдуматься. Он был богат всю жизнь, но жил в камере огромной тюрьмы по имени "Виды на Будущее". И выйти из нее он не мог.

Представь. Свободу. Отныне и навсегда.

Правительство – та же шайка, но оно печатает деньги.

Когда люди злы, в ход идут любые оскорбления, а предубеждение возводится в основание.

Дай людям то, что им хочется, - и обретешь свободу.

Можно всю жизнь прожить с людьми, но так и не разобраться в них.

- Тогда выходите за адвоката. Он хоть поймёт, чем вы заняты.
- Ни в коем случае.
- Почему?
- Конкуренция. В любой отрасли всегда есть конкуренция. Кто-то побеждает, а кто-то проигрывает. Соедините это с браком, - по-моему, получится невыносимо.

Устрой на работу сына нужного человека, и он оплатит тебе добром. Подскажи директору театра, во что ему лучше вложиться, и он пришлёт тебе билеты на премьеру. Это любезности, которые правят миром. С какого момента коррупция превращается в зло? Трудно сказать. Все дело в степенях.

- А разве вам не известно, что есть и другой пузырь? Пузырь ожиданий. Огромные дома, личные самолеты, яхты.... дурацкие оклады и премии. Люди начинают хотеть их и ждут. Но пузырь ожиданий тоже лопнет, как и всякий другой.

Королевства рождаются и умирают, но торговля вечна.

Нью-Йорк всегда был местом для людей, желавших большего. За большим приезжали все: и нищие иммигранты, и зажиточные купцы. В тяжелую пору они прибывали сюда, чтобы выжить; в хорошие времена - преуспеть, в период расцвета - разбогатеть. По-крупному. И быстро.

Деньги и власть считались сильнейшими афродизиаками, но ему показалось, что общность воображения была нисколько не хуже, а эффект длился дольше.

«Здравый смысл и порядок должны возобладать».

«Для благородного ума потеря свободы хуже смерти».

Если грабят нас, то это пираты. Но если врагов, то приватиры.

Небольшие деньги можно делать, не залезая в политику, но для больших нужно купить закон. Иначе никак.

Будь у меня возможность прожить жизнь заново, я действовала бы иначе. Мужчине тяжело смириться с мыслью, что жена его не уважает.
— Вы очень философичны.
— Возраст обязывает. Да и ваш, извините, тоже. В любом случае я предпочитаю быть женой, нежели любовницей.
— Вы сохранили брак, – кивнула Лили.
— Да. Брак, может быть, не идеальное состояние, но это опора, особенно в старости. А мы стареем, милочка.