Дэзи и ее мертвый дед

Нежданно-негаданно меня настигло разочарование в конце года, да ещё какое – эта книга ждала своего часа, постоянно напоминала о себе, и вот наконец-то я освободилась от всевозможных игр и флешмобов и решила – ну, пора уже с тобой разделаться. По итогу она разделалась со мной.

Книга мне показалась излишне депрессивной, наполненной только чем-то отрицательным и тяжёлым. Если в ней и находилось что-то хорошее, то оно совершенно точно было «когда-то очень давно» или «скоро кончится», а потом это хорошее ещё и ставилось под сомнение. Я не голосую за то, что в каждой книге непременно должна быть надежда или счастливый конец, наоборот – очень часто такие книги могут дать силы противостоять своим проблемам и помочь с так и не сделанными выборами. Но здесь… Здесь на свет буквально вываливается всё плохое, что есть вокруг, всё недосказанное и как бы «висящее в воздухе». Это плохо? Нет! Но вывалить это неприятное и, скажем так, «зловонное» и просто тыкать в это пальцем – довольно бессмысленное и пагубное занятие. К слову, когда я читала эту книгу, настроение портилось невероятно быстро, а я всё никак не могла понять - почему я сегодня опять злой бубоник и меня ничего не радует?

Манящие обрывки предложений из аннотации – разрозненные куски абсолютно разных и несвязанных друг с другом рассказов и эдаких записок. От первого возникает только недоумение и какой-то горький привкус, рассказ отправляется на полку «наподумать» и начинается следующий, который вызывает вопрос «и что?», и так по накатанной, пока не достигнем стадии «зачем это всё нужно?» и «когда это мучение кончится наконец?». Отдельно хочется упоминуть о рассказе, которым и назван весь сборник этого… Этого.

Дед ещё в молодости узнал от цыганки, что срок его жизни – 84 года и не больше. Сейчас ему уже 84 и близиться роковая цифра 85, до которой он уже дожить не должен. Поэтому дед плавает в воспоминаниях, абстрагируется от всего и от всех и ждёт смерти, изредка наблюдая за своей внучкой Дэзи, которая уже почти подросток. Дэзи (Дарья на самом деле) получила своё прозвище от безобидной «козы-дерезы». В своё время её так звал дед и каким-то волшебным образом «дереза» превратилась в «Дэзи». Она ведёт себя отвратительно, то банально грубя деду, то тыкая в него иголками, то поднося спичку к его глазу, подпаляя ему брови. Она забывает о том, что деда нужно покормить и не оставлять на солнце, особенно летом. Такого не может быть? Отчего же, может. Но, повторюсь, тыкать палкой во что-то зловонное и мягкое, трагично вздыхая при этом, - это разве современная литература? Здесь нет тонкий граней и полуправды, всё прямо и в лоб, но без какого-либо смысла.

О проблемах надо говорить, о дурных людях следует знать, а детей нужно воспитывать. Недостаточно просто озвучить проблему , гордо называть себя писателем и самодовольно начать себя сравнивать с Шервудом Андерсоном или Фланнери О’Коннор.

Не рекомендую.

Хочу похвалить сборник. Покупала из-за манящего начала, где девушка рассказывает учителю о том, что любит...резать. В общем, ждала какого-то чудачества или чего-то болезненного в духе Макьюэновского сборника "Меж сбитых простыней", а получила весьма печальные и ностальгические истории, не без доли безысходности. Здесь все одиноки, все немного потерянные и потерявшие.

Но это такая безысходность, знаете, когда вы, скажем, уже на пенсии, вспоминаете большую любовь своей юности, а всего этого уже не вернуть. Все умерло и осталось в прошлом, а с тобой здесь и сейчас - только болезни и память.

Здесь также много про разницу поколений, про отцов и детей (в том числе чужих), про детей и стариков, но с колокольни старших.

Мне 30 и это, наверно, такой возраст, когда ты уже ближе к родителям, чем к школярам. И я не про уровень развития, а про ощущение жизни, осмысление опыта. Хотя, пожалуй, это субъективно и индивидуально и каждый чувствует себя по-своему и в 30, и в 16, и имеет разный опыт. Но я чувствую себя так. И это дало мне прочувствовать прозу Шемякина, как говорится, " на максималках".

Особенно мне понравились "Заметки отсутствующего" - драма человека в возрасте, одинокого и страдающего - не столько из-за болезней, сколько из-за ушедшей молодости и того, что в ней было и чего уже нет.

Чего-то подобного, кстати, я ждала от короткой прозы Быкова. А получила от мало кому известного Шемякина.