Умереть тысячу раз

Если ничего нельзя сделать, это не значит, что надо все бросить.

Что там, в книгах, которые я читал от скуки, пишут? Прозрачные «хрени» это, скорее всего воздушные лезвия. Стихия воздух. А что мы ей можем противопоставить? А можем мы ей пока противопоставить весь словесно матерный запас на всех языках, которые я знаю, что мне вряд ли поможет. Хотя если только морально меня удовлетворит.

— А-а…
— А я не пойду! Ты и сам справишься, да и опыта наберешься. Возьми с собой Грыга и его учеников, как раз попробуете сражаться вместе. Если не получится с магией, то уж обузой они точно не будут.
— Хех! Обуза, да они еще и фору могут дать! — усмехнулся Угрук.
— Вот это правильно, вот в таком настроении и надо бить врага. Пожалуй, и я с вами съезжу, посмотрю что и как, а потом если не справитесь по шее надаю. — и я, как старый дед, бурча под нос ругательства, пошел собираться.

В общей сложности у орков я провел двести лет. И все двести лет непрерывно разбирался с магией.

Рассказывал анекдоты про народ избранный, в которых этот народ заменял на гномов.