Лондон

Тучные люди всегда представлялись Юлию немного загадочными. Как они дошли до такой жизни? И почему их устраивает подобное состояние?

Река безопаснее, - объяснил отец. - В море тонут. Оно жестоко.

Однажды утром Божий промысел обозначился. Подул ветер времени, выметая длинную череду Тюдоров. Он потянулся по галерее холодным сквозняком, тревожа занавеси, тафту, шелка и мишуру. На север мчался гонец. Эпоха Стюартов пришла.

Ежегодно весной и осенью — на Пасху и в Михайлов день — шерифы из всех графств Англии прибывали в Казначейство с отчетом.

Сначала в наружной палате проверяли на качество и пересчитывали серебряные пенни, которые они приносили в мешках. Двадцать дюжин хороших пенни весили фунт. Поскольку норманны называли английский пенс esterlin, что превратилось в латинском написании в sterlingus, единицей измерения стал фунт стерлингов.

- Значит, хваленая англосаксонская раса...
- Миф. На севере Британии сплошные датчане и кельты, и даже на юге англосаксонские предки составят едва ли четверть - я сильно удивлюсь, если окажется иначе. Мы, проще говоря, являемся нацией европейских иммигрантов с добавлением новых и новых прививок. Если угодно, генетическая река, питаемая множеством ручьёв.

«Найдете покупателя, – обронил король, – я и Лондон продам»

Если мальчик разводил пальцы, между ними на уровне первых суставов виднелась тонкая кожица, напоминавшая утиную перепонку. Эта черта тоже была наследственной, хотя проявлялась не во всех поколениях. Могло сложиться впечатление, что некий доисторический ген рыбовидного пращура Человека упорно отказывался полностью изменить водоплавающую сущность и продолжал обнаруживаться в этой мелочи

«Лондон» – это прежде всего роман. Все семьи, судьбы которых прослеживаются по ходу повествования, – от Дукетов до Пенни – являются вымышленными, как и их роли в описанных исторических событиях.

– Я решил жениться на тебе.
Та вскинула глаза:
– А можно мне хоть слово молвить?
– Нет, – ответил он любезно.

Ее единственным оружием, каким, кстати, она частенько и вполне успешно пользовалась дома, был неистовый нрав.

Чем бы ни был елизаветинский театр — символом престижа для благородных покровителей, трибуной для актеров и драматургов, — прежде всего он являлся бизнесом.

Если мир — сцена, он собирался сыграть красиво.

Вы словно ждете дурных вестей в Судный день.

Время, проведенное с человеком ученым, не бывает потеряно зря.

Долг — истинная власть, оружие, превосходящее всякое прочее. Глупцы охотятся за золотом. Мудрый изучает долги.