Вернон Господи Литтл

– Когда ты наконец поумнеешь! Переплетение людских потребностей заставляет мир вертеться. Плети сам, и твои собственные потребности будут удовлетворены. Слышал когда-нибудь такую фразу: «Дай людям то, чего они хотят»?
...
– Не пялься в небо, оттуда помощи не будет. Смотри сюда, на людей, которые запутались в мечтах, как в соплях.
Он хватает меня за плечи, разворачивает и тычет лицом в зеркало на стене.
– Ты и есть Господь. Прими на себя ответственность. И пользуйся властью, которая тебе дана.
...
– Пойми, что им нужно, и они станут плясать под любую Музычку, которую ты им, сукам, сыграешь.

Вот еще послушайте, что я знаю: у любителей повертеть ножами, вроде моей матушки, в жизни, кроме сна, есть одно-единственное главное занятие. Они плетут из говна большие такие, влажно поблескивающие сети. Как пауки. Нет, правда. Сколько ни есть во вселенной слов, словечек и словишек, они любое мигом переадресуют аккурат тебе в спину. Так что в конце концов уже не важно, что ты говоришь, ты просто чувствуешь каждое слово сквозь лезвие. Типа: «Глянь, вот это машина!» – «Ага, того же самого цвета, что свитер, который ты порвал на рождественском празднике, помнишь?»

В том букете запахов, что льется в комнату сквозь кондиционер, сквозит запах кожи на руке, если лизнуть ее языком, запах, за которым просыпается целый выводок других, смачных запахов, вроде запаха эластика, влажного, но заскорузлого от песка и солнца; соленых губ, чей вкус – мускус и уксус. Я разгоняю их рукой и иду к кровати. Волосы у нее пахнут солнцем, все правильно, так и должен пахнуть день летних каникул; и на ощупь твой шестнадцатый день рождения, наверное, должен быть именно таким – пушистым, простым, свободным.

Через каждые сорок три вспышки мигалки на крышах патрульных машин, которые сопровождают мой полицейский фургон в Хьюстон, попадают в резонанс. Несколько раз они вспыхивают по раздельности, потом начинают мигать сериями, как огоньки у входа в бар. Потом, на секунду, вспыхивают все разом.
Истина, которую я уяснил для себя, по меня везли в Хьюстон под низкими неподвижными облаками и вертолетами, в первый день моего процесса, состоит в том, что жизнь, она тоже работает по этой же схеме. Ты большую часть времени как бы предчувствуешь возможность синхронизации, но только изредка все вокруг действительно складывается воедино. И вещи могут сложиться хорошо, а могут - плохо.