Жуткая история Проспера Реддинга

Мальчик хочет одобрения. Он еще не знает, что если станет гоняться за одобрением, то всю жизнь будет несчастен.

Папа как-то рассказал нам, что для того, чтобы вызвать демона, нужно назвать его истинное имя. Поэтому мы с Прю старались не произносить бабушкино имя без крайней необходимости.

Сейчас эти слова больше напоминали предупреждение, чем цитату Шекспира: «Все, что случилось с нами, лишь пролог».

Он получил то, чего заслуживает, а в мягкое сердце проще всего всадить нож.

«Слизняк, если человек жаждет уважения, он не должен говорить с вопросительной интонацией. Хочешь быть художником – будь им».
Этот совет… оказался неожиданно хорош, учитывая, что поступил он от существа, родившегося в огненной яме.

Любые отношения – сделка. Каждая так называемая дружба начинается с обещаний, которые обе стороны должны исполнять.

— Я не совсем понимаю, как могу одновременно быть и хозяином и заключенным для демона.
“Сам удивляюсь.”
— Заткнись, — прорычал я.
— Прошу прощения? — удивился дядя Барнабас. — А, это…это он с тобой разговаривает?

Моя бабушка пропустила стадию “злодей” и сразу перешла к “суперзлодею”.

«Большинство людей не заботит справедливость, это все очень субъективно. Тем не менее, их мотивацию можно резко поднять обещаниями богатства и успеха.»

«Как я и сказал, чтобы получить что-то, сначала ты должен сам что-то дать».

Все сны, даже кошмары, нужны нашему мозгу, чтобы справиться с проблемами или вспомнить что-то важное.

...Единственная вещь, которую даже презрительно называть, — ответил Аластор. Принятие. Мальчик и не догадывался, что стремление к подомному может навсегда сделать его несчастным.

Все Реддинги были одинаковыми. Даже Онор начинал с чистыми намерениями, но вскоре он обнаружил, что успех лучше всего сочетается с властью. Стоило только возжелать его, и тебе хотелось все больше и больше, чтобы удовлетворить свое ненасытное сердце.

Мне начинало надоедать выслушивать, какими же плохими Реддинги были, от своей кузины, которая, очевидно, ни разу с нами не общалась. Да, она была права на счет некоторых представителей нашей семьи, но не все были такими.
— Ты, кажется, забываешь, что и сама являешься Реддинг, — сказал я.

Официальное заявление: в семье Реддингов нет ничего хорошего, кроме, разве что, Тихих Кексиков. И то, зная правду о своих родственниках, не исключено, что эти кексики сделаны из сердец детей, а не тыквенных листьев.

Уверен, в этом доме полно словарей, если тебе нужно поискать значение слова “благотворительность”.

Кажется, сердце мальчика было редким исключением: нетронутое жадностью и неспособное на зависть.

— Что постигнет меня, постигнет и тебя. Я говорю с тобой со всей откровенностью, будто ты мой родной брат.
— Ты ненавидишь своих братьев, — пробормотал я.
— Что ж, мы не выбираем свою семью, ты и сам прекрасно это знаешь.

— Тише, маленькая ведьма. Не напрягай свой никчемный мозг мыслями о том, чего не понимаешь. Мы не выбираем наши оболочки. Отец выбирает их для нас.
Я вопросительно повел бровью.
— Должно быть, он не очень тебя любил, комок шерсти.

— Из всех основных чувств, страх - самый отвратительный.
Я закатил глаза.
— Прости, но я не говорю фразами из печенек с предсказаниями.