День перед Рождеством всегда жутко длинный, и остается только барабанить пальцами по чему придется и ждать, когда же оно настанет.

В шестнадцать лет за своими словами нужно следить со скоростью гениального дипломата.

в свете далекого фонаря казалось, что снег сверкает тысячами падающих звезд в миниатюре

I was having one of those days when you feel that life...likes you.

Представьте, что пилот вашего самолета вдруг заявляет: "Всем привет. Я тут вспомнил, что не умею приземляться. Так что мы полетаем, пока кому - нибудь не придет в голову идея получше."

Так я познакомилась с мамой Стюарта. Мы были знакомы всего секунд двадцать, а она уже видела мое нижнее белье и предлагала мне одежду сына.

- Ни в дождь, ни в снег, ни в град не закроет двери "Старбакс" - отчеканила я.

• Это девиз почтальонов, а не "Старбакс", - возразила Дорри.
• Да, но в отличие от почтальонов, "Старбакс" выполняет обещания. Они будут работать, я тебе гарантирую.

I know I know you, and I'm sorry I don't know your name, but “hi” anyway.

- Для начала он избегает тебя на Рождество. Хочешь узнать, кто так поступает? Люди, которые хотят кое с кем порвать. Знаешь, почему? Памятные даты заставляет их паниковать. Праздники, дни рождения, годовщины... Их гложет чувство вины, и они не хотят проживать эти дни вместе с тобой.

Я не знала, что снег может валить как из ведра. Видела, как он срывается и даже покрывает землю сантиметров на пять, но на этот раз снег был липким и тяжёлым, а снежинки достигли размера четверка.

– Эм, да, – угрюмо поддержала я. – Я была там. И вела себя еще более подло.
– Вот почему мы стали бы отличной парой. Нам стоит и лимонад сделать, да?
– А?
– Из наших лимонов, – пояснил он. – Мы – кислые лимоны.
– Да уж, я уловила суть. Просто… – Я не закончила предложение, так как иначе сказала бы что-то вроде: «Не думала, что ты видишь себя таким кислым лимоном».

Просто ты... светлая, — прибавил он, краснея. — С тобой люди чувствуют себя особенными, как будто в них тоже есть свет.

Я почувствовала, будто стою на краю огромной пропасти, только пропасть эта у меня внутри.

Мне не хотелось смотреть вниз.

Он видел меня, застрявшую в незнакомом городе, потому что мои родители в тюрьме, он видел меня, сумасшедшую балаболку, дерзящую мальчику, который хотел помочь, он видел меня, расстающуюся с бойфрендом, и - самое популярное мое обличье - меня, бросающуюся на людей.

Хотите знать, сколько времени мне потребовалось, чтобы бросить своего «идеального» парня и начать целоваться с другим? Мне потребовалось... подождите... двадцать три минуты. (Я посмотрела на часы, когда брала телефон. Секундомера у меня с собой, разумеется, не было.)

Можно переживать и одновременно быть счастливым.

Но это же просто праздник, ты же понимаешь? Все настолько понарошку, что ничего такого в этом нет.