– Коли ты художник и особенно певец, – утверждала она, энергически двигая рукою сверху вниз, – будь непременно на первом месте! Второе уже никуда не годится; а кто знает, можешь ли ты достигнуть первого места?
В однообразно тихом и плавном течении жизни таятся великие прелести
Баритоны, как известно, очень петушатся в своих ролях.
Унылость сознанной старости, ничем утешить и рассеять нельзя; надо подождать, пока она пройдет сама собою.
Как подумаешь: нет ничего на свете сильнее… и бессильнее слова!
«Недаром говорят, что у каждого влюбленного есть звезда».
Санин вернулся домой – и, не зажигая свечи, бросился на диван, занес руки за голову и предался тем ощущениям только что сознанной любви, которые и описывать нечего: кто их испытал, тот знает их томление и сладость; кто их не испытал – тому их не растолкуешь.
Первая любовь – та же революция: однообразно-правильный строй сложившейся жизни разбит и разрушен в одно мгновенье, молодость стоит на баррикаде, высоко вьется ее яркое знамя, и что бы там впереди ее ни ждало – смерть или новая жизнь, – всему она шлет свой восторженный привет.
– Очень оно уже странно. Вчера я, признаться, так же мало думал о тебе, как о китайском императоре, а сегодня я еду с тобой продавать мое имение твоей жене, о которой тоже не имею малейшего понятия.
Всякому человеку лицо его возлюбленной кажется лучше всех других.
– А не ваше дело, Ипполит Сидорыч! Звони! Дмитрий Павлович, садитесь – и пейте кофе во второй раз! Ах, как весело приказывать! Другого удовольствия на свете нет.
– Когда слушаются, – проворчал опять супруг. – Именно, когда слушаются!
– Слухом земля полнится.
Живой живое думает.
Когда же это все кончится? Слабые люди никогда сами не кончают – все ждут конца.
— Право, это странно, – заговорила вдруг Марья Николаевна. – Человек объявляет вам, и таким спокойным голосом: «Я, мол, намерен жениться»; а никто вам не скажет спокойно: «Я намерен в воду броситься». И между тем – какая разница? Странно, право. Досада взяла Санина. – Разница большая, Марья.
Слабые люди, говоря с самими собою, охотно употребляют энергические выражения.
– Я хотела только уехать от благодарности. Кто меня благодарит – удовольствие мое портит. Ведь я не для него это сделала, а для себя. Как же он смеет меня благодарить? Я не расслышала, о чем вы меня спрашивали.
Он послушно и покорно следовал за нею, без искры воли в замиравшем сердце.
Она медленно перебирала и крутила эти безответные волосы, сама вся выпрямилась, на губах змеилось торжество – а глаза, широкие и светлые до белизны, выражали одну безжалостную тупость и сытость победы. У ястреба, который когтит пойманную птицу, такие бывают глаза.
Потом – возвращение на родину, отравленная, опустошенная жизнь, мелкая возня, мелкие хлопоты, раскаяние горькое и бесплодное и столь же бесплодное и горькое забвение – наказание не явное, но ежеминутное и постоянное, как незначительная, но неизлечимая боль, уплата по копейке долга, которого и сосчитать нельзя…
Людям вообще не свойственно долго заниматься чужими делами.
Ваша оценка
Awayfromu2 июня 2010
57 понравилось10,1K
Estetka17 апреля 2010
kalerik28 мая 2009
Limortel22 июня 2019
robot25 февраля 2014
nenaprasno21 октября 2011
Catherine_M9 июня 2010
cinne6829 апреля 2009
Leksi_l4 декабря 2024
di_parker23 октября 2014
AlenaRomanova12 ноября 2014
