Цитаты из книги Инициация

The Spy knew damned well, however, that while Sister possessed a golden tongue for sucking cock and other manipulations, she was no fucking alchemist.

Там, в кромешной черноте, было царство бесчеловечного.

По другую сторону портала тебя ждет нечто столь же прекрасное, сколь и зловещее. Новая жизнь.

Наш культ - это монолит, чьи щупальца проникали во все аспекты человеческой деятельности на протяжении всей человеческой истории и даже предыстории.

Самая глубокая пещера на свете - это человеческое сердце.

– Не грусти, compadre. Крутится, вертится шар голубой – славу Червю воспоем мы с тобой! – Клич был подхвачен Киндером и молчавшими доселе Клаббо и Гюнтером.

Лженаука – прямая дорога в ряды безумных маргиналов. А ведь ей еще и приходилось быть женщиной в мужском мире…

Умения приспосабливаться всегда было залогом семейного счастья.

Время стало аморфным. Время сияло, рассыпало вокруг себя искры.

Ее голос прозвучал у самого уха:

– Вот мы и встретились вновь. Время и в самом деле – извивающееся, голодное кольцо, ползущее червем сквозь реальность. Оно съедает все, миленький мой.

- Наш культ - это монолит, чьи щупальца проникли во все аспекты человеческой деятельности на протяжении всей человеческой истории и даже предыстории.

• А, вроде "Гербалайфа"?

• Даже мы не связываемся с "Гербалайфом"

В этой неестественной тишине раздавалось лишь жужжание мухи, бьющейся о стекло над мойкой. Голоса миллионов обреченных душ, слившиеся в пронзительном гуле, при виде неумолимого рока, который явился из глубин вселенной и надвигается на них, заслоняя горизонт. Он так и видел перед глазами эти призрачные лица, пока не сморгнул, прогнав их; он подошел к окну и, секунду помедлив, прихлопнул попавшую в западню муху, одним ударом покончив с миллионами несчастий.

Дома растянулись вдоль улиц Рэд-Лейн и Даркманс, как тело на распятии.

Мишель громко посоветовала им прекратить шум из уважения к ее похмелью.