Созерцатель

Бандиты на то и бандиты, чтобы добывать и владеть запрещенными вещами.

Я всегда знал, что здорово существовать иллюзиями, они приносят человечеству море удовольствия, беда лишь в том, что жизнь основывается на реальности.

Вы когда-нибудь просыпались оттого, что вам раскалывают череп, а глаза улетают куда-то к потолку? Необычные ощущения, скажу я вам.

Все зло в фунтах, шиллингах и пенсах. Остальное лишь фон. Так говорит мой папаня, а он в этом кое-что понимает, можешь мне поверить.

Тайна всегда куда менее надёжна, чем мы думаем.

мы строим наши жизни из крепостей секретов, и зачем разрушать эти стены у тех, к кому ты хорошо относишься?

Я не отметаю даже безумных предложений лишь потому, что хочу сказать «нет». Слово «нет» контрпродуктивно, оно не дает никакого движения, сковывает и лишает возможностей.

Люди считают за лучшее выкидывать из своей головы неприятные вещи, чем держать их в уме ежечасно.

Социальная разобщенность все еще огромна, даже несмотря на то, что мы живем в просвещенный век и умеем летать.

Чужаков нигде не любят, старина. Особенно сейчас...

Люди меняются, сходят с ума, превращаются в чудовищ. Рано или поздно найдется такое, которое отрастит себе жабры и перепонки и переплывет пролив. Или еще хуже – крылья.

— Каково это – летать?
— Удивительно. Земля сверху совсем другая. Затем немного привыкаешь и уже не торчишь весь рейс, прижавшись носом к стеклу.
— «Немного»?
— Все равно притягивает увиденное. Хоть в первый полет, хоть в последний. Когда паришь над всем миром – это прекрасно. Словно все заботы навсегда остались внизу. Ты просто… летишь, на время забыв обо всем.

ень передо мной обернулась, и я не стал отворачиваться. Она была лучшим компаньоном, что когда-либо сражался вместе со мной. Давала мне силы, мощь, забирала боль и помогала выжить. Она и была моим боевым братством.
Я наконец решился посмотреть ей прямо в глаза и улыбнулся... а она улыбнулась мне в ответ. У неё было лицо Мюр. И больше я не боялся того, что ждало меня впереди.

– Обычных людей, таких как я, в мире больше, чем аристократов и богачей. Мы пашем на заводах, живем простой и незаметной жизнью, платим налоги, сражаемся и умираем в войнах за свою страну, растим детей и стараемся жить. Мы - сила, которая почти всегда спит.

удача проходит через минное поле, а вера… вера перепрыгивает через него точно задорная девчонка.

– ненависть как пуля, она покинула ствол, она летит, и ничто ее не остановит. Даже тот, кто отправил ее в полет.

«Сошедшиеся для победы объединены смертью. В этом – слава солдат и судьба храбрецов».

Соли внешне напоминал гориллу. Крупнее и тяжелее меня, настоящий шкаф, забытый всеми в углу антикварного магазина. Когда он сжимал кулаки, то даже танковая броня должна была чувствовать себя достаточно неуверенно и опасаться, что она не переживет удара таким молотом.

Огнемет исторгнул из себя смерть, точно перебравший сапожник рвоту.