The Boy Who Steals Houses

Закрой глаза и представь, что это кровать.

Притворись, что не чувствуешь запаха застояв-шегося воздуха и мышиной отравы. Вообрази, что на плите стоят вафли, политые кленовым сиропом.

Представь, что Эйвери сейчас в мастерской, разбирает мотор своей первой машины. Он без умолку трещит о том, какая зверюга у него получится.

«У него всё в порядке», — хочет сказать Сэмми.

Вернее, крикнуть. Забраться с ногами на плетёное кресло и заорать. Эйвери хороший, его смех похож на волшебные колокольчики из сказки, он знает миллион разных вещей про машины, и у него всё в порядке!

Он не всегда грабил дома. Когда ему было четырнадцать, он так отчаянно нуждался в новом жилище, в доме, что просто вломился в первый по-павшийся, чтобы выспаться на кровати. Поесть нормальной еды. Притвориться, что всё это при-надлежит ему. Идиот несчастный.

Сэм в отчаянии смотрит ей в спину; ему так нуж-но, чтобы она поняла. Он на всё готов ради того, чтобы хоть один человек остановился и выслушал его.
Заметил. По-настоящему остановился и заметил его.

Люди охотно посочувствуют миловидному семилетнему аутисту, бьющемуся в истерике. Но если этому аутисту семнадцать– позвонят в полицию.

Можно совершать чудовищные поступки и не быть чудовищем.

Ему никогда не надоест прижиматься к Мокси, пока она будет прижиматься к нему.

Беда в том, что он украл всё это, крал каждую минуту. А люди подобного не прощают. Им кажется, что их предали. А у тех, кого предали, самые крепкие кулаки.