Курт Кобейн. Serving the Servant. Воспоминания менеджера "Nirvana"

Моей преданной любви к группе нирвана уже почти десять лет. Я прочла огромное количество книг про Курта, и к каждой новинке подхожу с мыслью "попробуйте-ка меня удивить". Этой книге удалось не просто удивить, но и растрогать, пронять и изменить точку зрения на некоторые аспекты жизни Курта.

Голдберг — непосредственный участник и творец важных вех в истории группы, он близкий друг её участников. Он начал работать с нирваной в 1990 году, за год до фантастического взлёта команды. Как же лучше всего описать этого человека, столь долго хранившего молчание, обладая при этом самыми ценными воспоминаниями? Голдберг не создаёт впечатление того, кто намерен нажиться на не угасающей славе группы. Он исчез, потому что обладал достоинством и не хотел шуметь там, где больше всего требуется молчание. Но сейчас, когда мифология жизни и смерти Курта отделилась от него и превратилась в клише, которое создаёт искажённый образ этого человека, Голдберг решил вмешаться.

Никаких вздохов о славном прошлом, никакого наматывания соплей на кулак и излишней драматизации. Узорное, фрагментарное словесное полотно, состоящее из жестов, слов, совместных событий. Это не подробная биография, похожая на учебник. Это — правда жизни, которая могла истереться со временем, но всполохи её до сих пор греют воспоминаниями. Голдберг показывает личность Курта через множество мелких бытовых событий, через разговоры, через поступки. Это очень ценно и открывает читателю портрет человека, личность, а не функцию из избитого poк-н-poлльного клише.

Голдберг не скрывает своё восторженное отношение к музыке нирваны. Для него было честью и радостью нести их в массы, и с самого начала книги он даёт понять, что Курт был центром группы и тем, кто принимает решения. В этот момент стоит отклониться от набившего оскомину объяснения: "Кобейн был панком из провинциальной группы, потом внезапно чертовски прославился, не вынес этого и убил себя". Фишка в том, что Курт всегда был невероятно амбициозным человеком, который точно знал, что делает, когда это касалось творчества. Двойственность его натуры проявлялась тогда, когда он вёл себя намеренно презрительно по отношению к масс-культуре. Во-первых, как и любому нормальному человеку, ему была омерзительна пошлость, опутывающая любого, кто добивается признания масс. Он не хотел ассоциироваться с временным развлечением для всех. Артист не обязан любить всех своих слушателей. Во-вторых, он был очень зависим от своих корней, андерграундной сцены, и ему было нужно одобрение и поддержка тех, кто знал его до статуса "звезды".

Но нирвана так бы и осталась провинциальной шумной группой, если бы не огромные усилия Курта, направленные на то, чтобы вырваться в лигу повыше. В действительности его планом было нести хорошую музыку наибольшему количеству людей, но в этом было очень мало тщеславия и очень много простой жажды артиста к самовыражению. Его масштаб объяснялся тем, что он был очень большим артистом. Голдберг и вовсе безгранично восхищается Кобейном и смело утверждает, что такие музыканты являются раз в поколение, чтобы перетряхнуть историю музыки до основ. Взлёт славы Курта был головокружительным, и многое из того, что было идеализированным в его голове, оказалось разочарованием. Но не это сломило его.

Не стоит забывать про жуткую травлю четы Кобейн, появившуюся после неосторожных слов Кортни в интервью. В 1992 году на Кобейнов ополчились СМИ с жуткими жёлтыми статьями про героиновую зависимость. Внезапно Курт обнаружил себя под микроскопом всеобщего внимания, а враньё газет дико ему досаждало. При этом Голдберг утверждает, что работоспособность Курта не снижалась в эти стрессовые месяцы. Я увидела и осознала, что Курт действительно никогда не был рядовым музыкантом. Он чувствовал себя призванным писать музыку и отдавать себя людям. Походит на миссию, когда человек понимает, что он обязан это делать - нечто большее, чем он сам. Я верю, что именно это приобщает к музыке нирваны новые поколения фанатов.

Дэнни Голдберг на многое смотрит через розовые очки. Он пишет вдохновлённо, трогательно, небольшими штрихами рисует настоящую жизнь. Но мне было больно читать какие-то сухие ремарки про наркотическую зависимость Курта и Кортни, будто Голдберг намеренно держит дистанцию от этих воспоминаний, как будто пытается уйти от ответственности. Наверное, он решил, что на свете и так хватает мерзких подробностей, но без этого книга теряет свою реалистичность. Смерть Курта остаётся загадкой для Голдберга, он всю книгу рисовал портрет человека, который идёт к цели и который состоит из радости творчества, а тут такой конец. Да, говорит Дэнни, у Курта были "демоны", и иногда их сила была невероятна. Но как было больно и непонятно тогда, так и осталось через 25 лет.

Однажды Смит спросил Курта, каково это, когда тебя так обожают. Тот ответил: "Эл, меня интересует только музыка. Всё остальное мне не очень нравится. Слава - это не так уж и весело". Потом он предложил сходить поесть такос. На улице они прошли "мимо парня, который явно пытался выглядеть как Курт. Длинные светлые волосы, рваные джинсы, кеды Converse, полосатый свитер. Он даже не подозревал, что мимо него идёт настоящий Курт Кобейн. Тот просто посмотрел на меня и сказал: "Видишь?"

Спасибо Дэнни за то, что он облёк Курта из мифа в плоть и кровь хотя бы на страницах книги. Спасибо ему за то, что ухватил моменты, от которых у любого фаната будет обливаться кровью сердце, и вынес их на свет. Книга про настоящего творца, умного человека с саркастичным чувством юмора, любящего отца и талантливого сочинителя. Ода короткой жизни, которая так сильно повлияла на очень многих из нас.

Я не очень люблю книги о знаменитостях, рассказанные их приближенными - друзьями, знакомыми, или менеджером, как в данном случае. Это выглядит, будто человек хочет "примазаться" к славе кумира миллионов людей. Так что изначально я была более чем привзята. Но... автор меня порадовал. О Курте Кобейне он рассказывает весьма тактично. Не осуждая, не расскладывая на составляющие его поступки - а просто то, что помнит сам или Кортни Лав. С последней, Голдберг общался до выхода книги - чтобы осветить в памяти некоторые моменты, которые всегда затираются с просшествием времени. Никто не отрицает, что Nirvana, и Курт Кобейн в частности, - феномен. Ворвавшись на олимп музыкальной славы, появившись из неоткуда, они захватили сердца многомиллионой аудитории, и до сих пор остаются их кумирами. Первые главы будут скорее скучны для обычного читателя, не знакомого со спецификой продюсирования, лейблами, важностью работы менеджеров. Но без этой информации, мы не сможем воспринять всю бурю чувств и эмоций, терзающих Курта на протежении всего карьерного пути. В книге множество интересных нюансов - оказывается Кобейн был великолепных художником, иногда рисовал комиксы, правда порнографические и со Скуби-Ду, но кто не без греха) Любил носить пижаму с поводом и без. Он был левшой, но играл на гитаре с нормальным строем, как Джими Хендрикс. И с музыкой, славой, он все равно был не совсем счаслив.

Слушая панк-рок, Курт нашел свое призвание. Эти песни выражали его социальные и политические чувства. Для него стало большим облегчением, что хотя бы в каких-то отношениях он не одинок. На этой планете нашелся другой мир, и он очень хотел стать его частью.

Курта вспоминают как мрачноватого и тихого, он мог неожиданно на репетиции отдалиться от всех, сесть в углу и замолкнуть надолго. Но потом отходил. Он обладал характером перфекциониста - очень расстраивался из-за неидеальности каких-то кадров в клипе, или интервью. Воспоминания о тяжелом детстве, появление Кортни Лав и той доли романтики, которые не доставало музыканту ранее - все эти нюансы, осветил автор поверхностно, не копаясь в грязном белье, и не преукрашивая - только то, чему сам стал свидетелем.

Личность Курта была расщеплена. Он страдал от депрессий, был наркоманом, но при этом был творческим гением.

Знакомство с героином, окончательная зависимость и множество способов из неё выбраться. Все больше моментов выпадания из реальности, затяжные депрессии... По прочтении текста, кажется, что уже в самом начале было предостаточно крошечных звоночков, чтобы понять - человек уже, изначально, слишком сломлен, или слишком несчастен? Книга печальна, ибо показывает, что смерть Курта Кобейна невозможно было предотвратить, кто бы что не говорил. Ведь вы же слушали его тексты, слушали же, да?

I gazed a gazeless stare At all the millions here I must have died alone A long, long time ago

Курт Кобейн - личность, которая вызывает однозначный интерес у любителей музыки и не только. Не могу отнести себя к заядлым меломанам, но узнаю в лицо Риччи Блэкмора и ещё десятка три музыкантов, знаю хиты и основные группы эпохи рока. Муж поспособствовал - дома приличная коллекция винила. Когда на передний план вышла Нирвана, быт, заботы и дети отодвинули все увлечения на второй план и знакомство состоялось уже "сильно после". Помните анекдот - на заре интернета парень спрашивает в чате - Что за куртка бейн, все обсуждают, никто не объясняет? Ответ: Не парься, обычная куртка, ни рвана.

Мне понравилось, что книга написана человеком, который общался с Куртом плотно, ежедневно на протяжении многих лет и почти до конца. И назвал её Дэнни Голдберг правильно. Именно его субъективные воспоминании без попыток объявить себя носителем истины в последней инстанции. Отсылка к песне Serving the Servant (Служить слугам) тоже весьма остроумна.

Дэнни не сплетничает, не дает оценок "хорошо-плохо", просто рассказывает о том, что наблюдал сам. Дорогого стоит. Взаимоотношения Курта с Кортни Лав, которую винят во всех грехах, пристрастие к наркотикам, попытки самоубийства, безусловно, пощекощут нервы нам, досужим незнакомцам и всё-же... Для меня более ценным было узнать, как Кобейн одевался, как он относился к простым вещам - еде, женщинам, рисованию. Денни концентрируется на творческой и человеческой сторонах жизни. Позабавил антогонизм с Guns n roses

Роуз был рок-мачо, а Кобейн на дух не переносил этот образ

Он с симпатией относился к своей простой, "неметализированной" публике; девчонкам-подросткам, домохозяйкам, людям разных национальностей и ориентации.

«Если кто-либо из вас из-за чего-либо ненавидит гомосексуалов, людей другой расы или женщин, пожалуйста, сделайте для нас одолжение — идите нафиг и оставьте нас в покое! Не приходите на наши концерты и не покупайте наши альбомы».

Словом, КК после прочтения запечатлелся во мне как большой подросток в пижаме и с яркими волосами, харизматичный, мнительный, запутавшийся в жизни. Показательно, что Голдберг произносил прощальную речь на похоронах Курта - и он сказал лучшие слова, которые могли быть произнесены. Жаль, что Курт ушёл молодым. И не надо было держать ружья в доме пытавшегося свести счёты с жизнью.

Книгу слушала в аудиозаписи (почти 9 часов). Исполнитель Андрей Крупник, - замечательный, прочитал как надо. В белый список и удачной дикторской карьеры ему!