Supernova

Интересно, ты не задумывалась о том, что подделка, как бы она ни была хороша, никогда не ценится так же высоко, как оригинал?

Если каждый выделяется… то не выделяется никто

– У каждого есть свой кошмар, – сказала она. – Похоже, твой кошмар – это я.

Иногда трусы могут быть самыми опасными.

Она Анархист. Одна из тех самых злодеев, что наводят ужас на Гатлон.
Она не собирается уступать.

– Я была уверена, что ты возненавидишь меня, когда узнаешь правду.
– Сначала я даже пытался. Но, как ты сама сказала, у каждого свой кошмар... Может быть, я хочу, чтобы моим кошмаром была ты.

Она не могла убить его.

Она не могла этого сделать.

А еще она не могла стоять и смотреть, как его убивают. Как убивают этого мальчишку, который однажды подарил ей спокойный сон без сновидений.

Того, кто подарил ей звезду. Того, кто дал ей надежду.

– И еще я подумал, что могу сопроводить это словами, чем-то вроде: Привет, Руби… ты мне очень нравишься! Так сильно, что при одной мысли об этом я боюсь извергнуть на эти сиденья такос, которые ел на завтрак.
– Вдохновенно, – буркнула Данна, а Отступники из соседнего ряда обеспокоенно покосились на Оскара.
– По крайней мере, это честно, – вздохнул Оскар. – А я где-то читал, что честность – краеугольный камень здоровых отношений.

Нельзя заворожить того, в ком нет души, как не станет смелым тот, кому неведом страх…