Девушка в башне

- Я не чувствую себя странницей.

- Так бывает со многими странниками.

– Чревоугодник не направит свои помыслы к Богу, – снисходительно говорил он. – Но этого не сделает и голодный человек.

Стена была возведена ради поддержания святости монашеских обрядов, а не для того, чтобы отгонять решительных девушек. Но она была достаточно высокой.

Она никогда так не целовалась. Не так долго и не так… неспешно. Она не умела, но он ее научил. Нет, не словами: ртом, пальцами и чувством, для которого не найти слов. Она ощущала темное тонкое прикосновение на своей коже.

– Победит тот красивый мальчишка – младший брат Ольги? – со смехом спросила одна из женщин. – Или князь Касьян с огненными волосами, который, по словам слуг, улыбается как святой и раздевается как языческий бог в бане?

Я такой, какой был всегда: неизменный. Давным-давно люди представляли меня с мечом в руке. Боги исчезают, но не меняются.

Правда похожа на цветы: лучше срывать её в подходящий момент.

– Разве в мире перевелись воины? Или храбрецы? Теперь работу героев выполняют девицы?
– Героев не было. Была только я. И Соловей.

Когда ты выбираешь путь, нужно думать об остальных: о жизни, которую ты не выбрала. Выбери то, что считаешь нужным, один путь или другой. Каждый отдаст свою горечь и сладость.

– Вспоминай обо мне иногда, – попросил он. – Когда расцветут подснежники и растает снег.

– И это все? – спросила она и, улыбаясь, добавила: – Как я могу забыть?

– Это проще, чем ты думаешь.

Жизнь лучше и хуже сказок.

– Ты бессмертен, и, возможно, я для тебя ничто. Но моя жизнь – не твоя игра.

– Разве бессмертные знают, каково это – считать свои дни? Но я чувствую, как пролетают часы, когда она рядом.

– Когда ты выбираешь путь, нужно помнить об остальных: о жизни, которую ты не выбрала. Выбери то, что считаешь нужным, один путь или другой. Каждый отдаст свою горечь и сладость.

– Волшебства не существует.
– Но ведь ты…
– Вещи либо есть, либо их нет, Вася, – перебил ее Морозко. – Если ты что-то хочешь, значит, у тебя этого нет. Значит, что ты не веришь, что оно есть, и значит, его никогда не будет. Огонь либо есть, либо его нет. То, что ты называешь волшебством, попросту означает, что ты запрещаешь миру быть не таким, каким ты хочешь его видеть.

– Ты думаешь, я хочу все время спасать тебя от глупостей?
– Я не просила о помощи!
– Нет, – парировал он. – Ты была слишком занята – умирала!

Вещи, созданные трудом, реальнее вещей, созданных желанием.

Правда похожа на цветы: лучше срывать ее в подходящий момент.