Краткая история всего

Так что Фрейда проще всего будет суммировать следующим образом: «лечение разговором», – лечение диалогом, а не монологом! – означает, что мы должны учиться адекватнее толковать для себя свою глубину. Нас мучают симптомы, вроде тревоги или подавленности, которых мы не понимаем. Почему я так подавлен? Что это значит? Таким образом, в ходе психоанализа я учусь смотреть на свои сны или на свои симптомы осмысленно. Я учусь истолковывать их так, чтобы это проясняло мне мой внутренний мир, проливало на него свет.
Возможно, я обнаружу, что во мне есть скрытый гнев на бросившего меня отца, и что этот гнев замаскирован симптомами подавленности. Сам того не сознавая, я ложно истолковал смысл своих переживаний унынием, а не гневом. Поэтому в ходе лечения я осваиваю более адекватный перевод, учусь называть вещи своими именами, заменяя «уныние» «гневом». Я соприкасаюсь с этим гневным аспектом моей глубины, который ранее пытался от себя спрятать, маскируя его ложными словами и смыслами.

И чем адекватнее я перевожу содержание своей глубины, – чем яснее я вижу, что на самом деле «уныние» является «гневом», – тем слабее становятся симптомы моей подавленности. Я веду себя более честно в отношениях со своими глубинам, и поэтому они сворачивают свою направленную на меня подрывную деятельность, которая проявлялась в форме болезненных симптомов.

...

Приведенный пример относится не только к психоанализу. Все виды «лечения разговором» – от когнитивной терапии до межличностной и гештальттерапии, юнгианского и транзакционного анализа – основаны на этом общем для них принципе, а именно, на попытке найти более адекватный перевод содержания внутренней глубины человека. Более адекватное толкование смысла моих снов, моих симптомов, моих глубин, моей жизни, моего бытия.

Моя жизнь – это не просто цепочка чисто объективных событий, однозначно выстроившихся передо мной подобно ряду камней, в которые мне надлежит всматриваться до тех пор, пока я яснее не разгляжу их поверхности. Моя жизнь включает в себя также глубоко субъективную составляющую, которую я должен как-то истолковать для себя и понять. Она не сводится к поверхностям; у нее есть глубины. Поверхности можно видеть, однако глубины дóлжно прояснять. И чем адекватнее я смогу прояснять для себя свои глубины, тем прозрачнее для меня станет моя жизнь. Тем яснее я смогу видеть ее и понимать. Тем меньше я буду блуждать в потемках, забредая в тупики и набивая шишки о невидимые преграды.