Airport

“С нищетой надо бороться, не убивая нерожденных младенцев, а улучшая условия жизни.”

Дело в том, - произнесла Гвен медленно, словно думая вслух, - что я еще никогда не была беременна, а пока это не случится, каждая женщина невольно сомневается, она не уверена в себе: а вдруг ей это не дано. И когда неожиданно открывается, как мне сейчас, что да, ты можешь стать матерью, - это как подарок, возникает такое чувство... Только женщина его может понять. Кажется, что произошло что-то непостижимое - огромное и замечательное.

Когда у мужчины ломаются планы, он ведет себя, как сорвавшийся с цепи медведь.

...впрочем, никто, наверное, не считается с интересами детей, когда брак трещит по всем швам.

Ничего нельзя исправить и ничего нельзя забыть. Никакое признание не может убить память.

Спокойствием можно достичь большего, чем излишним волнением и нервозностью.

"Человек - это не изолированный остров; нет, каждый человек - это кусочек континента, частица Большой земли"

Хаос – вещь относительная. В жизни, мы сталкиваемся с ним в самых разных проявлениях и так или иначе приспосабливаемся.

Двум людям, если они не чурбаны и одинаково смотрят на вещи нетрудно наладить контакт.

Лайнер в аэропорту подобен приехавшему погостить родственнику, находящемуся в рабской зависимости от настроений и капризов хозяев дома. Свободная, независимая жизнь не для него. Он уже не принадлежит самому себе; он уже как лошадь, стреножен шлангами, подающими топливо; какие-то люди, которые никогда не поднимаются с ним в воздух снуют вокруг.

“Конечно, ничей одинокий голос не способен что-либо изменить, но всякий, кто может что-то сказать со знанием дела и убежденностью в своей правоте, тем самым внесет свою лепту.”

«И даже если удастся вырваться, прошлое то и дело будет напоминать о себе».

...через восемь недель после зачатия у зародыша уже намечено все, чему положено быть у новорожденного ребенка? А на третьем месяце зародыш даже выглядит как ребенок.

Когда у мужчины ломаются планы, он ведёт себя, как сорвавшийся с цепи медведь.

С годами начинаешь пугаться все меньше и меньше.

“Никакие свидания, пусть даже самые частые, не могут заменить жизни под одной крышей изо дня в день.”

Дожидаясь своего рейса, пассажир мог, не покидая аэровокзала, купить все необходимое, снять комнату в гостинице или койку, сходить в турецкую баню с массажистом, постричься, отутюжить костюм, вычистить ботинки и даже умереть и быть похороненным фирмой «Бюро святого духа», которая имеет свое отделение на нижнем этаже.

Хаос – вещь относительная.

“Однако память ведь приспосабливается — правда? — ко времени, к обстоятельствам, к реальности жизни.”