Игра с огнем

Огонь — самая страшная из стихий. Ничего живого после себя не оставляет, ничего живого в себе не несёт. В воде, в воздухе, в земле — везде есть жизнь, и только в огне нет ничего, кроме смерти.

«Огонь — самая страшная из стихий. Ничего живого после себя не оставляет, ничего живого в себе не несёт. В воде, в воздухе, в земле — везде есть жизнь, и только в огне нет ничего, кроме смерти»

...люди, живущие здесь, привыкли к этой мрачности с рождения и не подвергались депрессии. Они находились в ней постоянно.

Элиза никогда не была сторонницей мнения, что мужчина должен звонить первым, как когда-то наставляла ее и ее подружку бабушка последней. Она искренне не понимала, по какой такой причине эта привилегия (или обязанность?) досталась мужчинам. Если девушка хочет с кем-то встретиться, зачем ждать у моря погоды и надеяться, что у парня хватит смелости набрать ее номер? Не проще ли позвонить самой?

В воде, в воздухе, в земле - везде есть жизнь, и только в огне нет ничего, кроме смерти.

Вся магия противоречит здравому смыслу. В нее можно либо верить, либо нет.

Слишком много тревог для сонного городка, все как на пороховой бочке, каждая искра может спровоцировать взрыв.

Произошло бы это в большом городе, возможно, последствий и удалось бы избежать, но не здесь, не в этом богом забытом городишке, где каждый человек на виду, где любую ошибку, любой проступок помнят и обсуждают еще несколько месяцев.

Говорить об этом, конечно, пока еще не рано, но думать никто не запрещает.

В середине девяностых хорошо жили только те, у кого была коммерческая жилка.

- Я не отвечаю за слова других людей.

- Общество формируют люди. Каждый отдельный человек в том числе.

Он давно заметил, что люди в маленьких городах более доверчивы и словоохотливы, чем в мегаполисах.

Одно дело - говорить на языке, другое - уметь ему научить.

Алкоголики, как и курильщики, никогда не бывают бывшими, она это хорошо знала.

Если тебе плюют в спину, значит, ты впереди.

И внезапно Элиза первой отвела взгляд. Дыхание почему-то сбилось, и она поторопилась встать. Кончики пальцев искрились невидимым, но вполне осязаемым огнем, который вовсе не хотелось гасить водой. Что-то было такое в том, как Максим смотрел на нее. Не так, как утром. Не так, как другие мужчины. И что-то было в том, как она сама на него смотрела. Какая-то невидимая искра, родившаяся в самой глубине ее тела, словно вырвалась наружу, вспыхнула между ними и фениксом превратилась в пепел.

Вот ведь странное существо человек: начать курить

"Если тебе плюют в спину, значит ты впереди."

Надо же, а мы обидчивые! Прямо приятно.