Я со звездами сдружился дальними! Не волнуйся обо мне и не грусти...
Есть у меня такая привычка: когда готовлю какую-либо творческую работу, для вдохновения и большего погружения - читать, смотреть или слушать что-либо по теме. На этот раз наряду с фильмами о Юрии Гагарине и Сергее Королеве, космическими песнями, биографией Главного конструктора источником открытий и новых впечатлений стал «Горизонт событий».
Изначально, конечно, я искала научные статьи и публикации С. Королева, а в итоге обнаружила куда более неожиданную книгу, неожиданную с точки зрения формата, - писем к жене. Нечто более чарующее и трепетное, чем труды о технике и космосе.
И цель изначально была совсем иной - полистать на досуге, между делом. Но, едва открыв, поняла, что остановится будет невозможно. Какое-то время сомневалась, хотела отложить и вернуться позже, чтобы прочитать полностью, однако столь волшебная, космическая история любви никак не шла из головы (кажется, больше или так же я переносилась мыслями только к «Унесенным ветром» или «Джейн Эйр», с той лишь разницей, что то вымышленные истории, тогда как здесь любовь, имевшая когда-то место в жизни, – и тем она ценнее и проникновеннее).
В итоге все читательские (отчасти - и творческие) планы были переиграны от слова "совсем", а поскольку письма в той или иной мере изобилуют примечаниями и читалки для djvu формата нет, было взято традиционное издание, тем более что, по отзывам, оно выгодно отличалось оформлением (об этом ниже).
Что касается содержания, оно удивления не вызвало (кроме того, что поразило и тронуло до глубины души). Как будто внутренне я была готова к встрече со столь ласковым и чутким человеком.
По фото Сергея Павловича всегда думалось, что человек, который настолько обезоруживающе-тепло улыбается, просто не может быть жестоким и злым. Строгим, вспыльчивым – это само собой разумеющееся, пожалуй, масштаб, сложность и ответственность его дела обязывали. Вообще же, Королев относился к тому типу людей, у которых все на пределе: если работать, то обязательно ставить рекорды, доставать луну и звёзды с неба (в прямом и переносном смысле слова); если любить - то горячо, страстно, безмерно.
В книге представлены лишь письма С.П. Королева, письма жены (за исключением знаковых 1957 и 1961 годов) вынесены за скобки. Тем интереснее знакомиться с текстами, они становятся почти что постмодернистскими: половину информации читателю предлагается восстанавливать самостоятельно.
И если поначалу это действительно страстная любовь мужчины и женщины:
Еще никогда так безумно сильно не хотелось мне увидеть тебя, прижаться к тебе, снова слышать твой смех и голос и чувствовать тебя всю…
То затем в этих отношениях ощущается что-то родительское. Были на то причины – и в них супруги очень схожи. У нее – отсутствие детей, «сынули или дочи», у него – отсутствие общения с дочерью, которая не желает с ним общаться. И вот уже появляются обращения «детонька», «девочка» – к жене.
Со временем письма становятся менее страстными, зато куда более философскими, пронизанными чувством благодарности – и отчасти вины, что не всегда все идет гладко, что снова приходится уехать далеко и надолго.
И обидно становится, когда читаешь подобные статьи (опубликована до выхода писем), в которых в качестве цитат приводятся вырванные из контекста фразы самых первых сообщений – о том, что Нина Ивановна не горела желанием общаться с Королевым и, судя по всему, не была особенно любима (тогда еще они просто жили вместе, не будучи мужем и женой). Хотя очевидно по словам Королева, получившего сразу несколько писем за раз, что, скорее всего, виной тому почтовые задержки. Тем более со временем уже Нина Ивановна нет-нет, да пожалуется на отсутствие писем с его стороны.
А в целом не возникает сомнения в искренности их чувств, взаимной привязанности. Да, по отдельности они в чем-то сомневаются, быть может, не всегда понимают или принимают друг друга, но вместе творят историю: он – на практике, запуская ракеты и людей в космос, она – будучи надежным тылом, источником вдохновения и спокойствия. Именно тема уюта, покоя, отдохновения, как ни удивительно при столь бешеных темпах производства ли, жизни ли, красной нитью проходит через все письма.
Поразителен и сам язык писем. С одной стороны, были интересны технические эвфемизмы («концерт» – это запуск ракеты, «репетиция» – подготовка к нему, «настроение» - состояние текущих дел перед запуском). С другой стороны, порой возникают удивительно образные обороты и выражения:
• Вот они эти взлеты и падения в жизни! Воистину жизнь, как море – то на гребне короткий миг, то снова где-то далеко внизу. • Ты, верно, в эти часы тихо спишь на моей постельке, и, может быть, мои мысли как легкие отголоски сна касаются твоего воображения. • Как ни занимай голову, а сердце сердцу весть подает! • Жизнь здесь в роли какого-то конкистадора небесных пространств тяготит меня больше обычного. • Старик Марс ревниво хранит свои тайны, да и наша не всегда хорошая работа и организация немало способствует еще этому. • В погоне за своими «достижениями» не слышу света и голоса окружающей нас с тобой жизни…
Сергей Павлович, вы точно были инженером-конструктором, а не поэтом?
Видно, что, несмотря на занятость и самоотверженное служение делу, Королев разбирался и в музыке, и в литературе, и в искусстве.
И вот ведь в чем парадокс или даже горькая ирония: люди, которые двигали одну область науки семимильными шагами вперед, страдали и были в какой-то мере несчастны по причине допотопности другой – медицины. Увы, не существовало тогда адекватного лечения бесплодия, и не суждено было сбыться их общей с женой мечте; увы, сам Королев в какой-то мере стал жертвой медицины того времени – когда не существовало толковой диагностики и анестезии.
О том, как Сергей Павлович болел (еще в 1962 г.), как проводилась операция, в ходе которой врачи запороли все, что можно и нельзя (тут и масочный наркоз, и безответственность хирурга, который лишний час дожидался ассистента, не пытаясь остановить кровотечение, и отсутствие в операционной реанимационных аппаратов), можно узнать из заметок Н.И. Королевой. Однако в настоящее издание они не вошли. Как не вошли и разрозненные заметки из совместной жизни, из путешествий. А жаль! Пусть это не эпистолярный жанр, но весьма показательный период для пары: как говорится, и в горе, и в радости. Тем более они проливают свет на то не командировочное время, когда писем не было.
Вместо подробного предисловия первого директора музея (Л.А. Филиной), предыстории знакомства и финальных заметок в книгу добавлена хронологическая линейка, отражающая события в науке и в мире, с фото и документами. Однако по факту она оказалась словно бы лишней и читалась уже после всех писем: ламповый, разговорный, где-то шутливый, где-то романтичный стиль писем слабо сочетался с официальными заметками этой хронологии. Да и отвлекаться от личных чувств и переживаний героев на общемировые события не хотелось. В то же время, когда писем было меньше, чем событий на этой линейке, возникали пустые развороты:
Хотя фотографий, например, здесь тоже меньше, чем в издании 2007 года. Так, приводятся только личные фото супругов, отсутствуют групповые фото с семьей, родителями, друзьями, многие фото с первыми космонавтами. Вместо них – широкоформатные изображения техники, причем следуют фото параллельно, в сравнении «США – СССР» (тоже невероятно захватывающие, само сопоставление – интересный и оригинальный ход, но осадочек, как говорится, остается). При этом подписи к личным фотографиям приводятся на первых титулах (такое своеобразное фотосодержание), а оглавление технических фото с описанием – в конце книги. Хм, сомнительно, но окей…
И если предыдущее издание можно смело назвать еще одной биографией С.П. Королева – так много там материалов именно о нем, то здесь – лишь письма и кое-какие материалы вокруг да около космоса. И очень жаль, что оба издания выпускались без предисловия Нины Ивановны Королёвой - "Вводки к полосе писем" , т.к. это одновременно отклик собственно адресата на письма и восприятие Главного конструктора самым близким его человеком.
Дополню немного: постфактум мне кажется, что это не разные издания, а две разные книги об одном и том же, на одну тему. Одна - винтажная, аутентичная (похожая по формату и оформлению на советские книги), можно сказать, даже отчасти научная, рассчитанная на более узкую аудиторию. Вторая - заточена под современность и более широкую аудиторию, хотя, не зная предыстории, воспринимать сами письма, пожалуй, будет сложно. Первое издание интереснее читать, а второе - листать-рассматривать. И в итоге, когда наконец-то увидела эти книги в продаже (букинистика), с радостью выкупила обе.
Подводя итог, книге я все же ставлю 5, но за содержание в целом, включая прежнюю книгу, изданную к 100-летию С.П. Королева. И как одному из удивительных открытий читательского года. Содержание именно этого издания, зная, что оно неполное, оценила бы на 4, а оформление – разве что на 3,5 (красиво, но неудобно).
7 понравилось
